- Да, именно так все и было, - улыбается кандидат педагогических наук Юрий Николаевич Таран. - На каждой планерке с мая по июль я выступал с сообщениями о ЕГЭ. И сельхозники, и промышленники, все-все слушали мою информацию с замиранием сердца. А как же иначе? Ведь экзамен затрагивает всех и каждого.

Для Юрия Николаевича ЕГЭ, по сути, стал боевым крещением, поскольку в кресле начальника он всего несколько месяцев. А преодолевать пришлось много препятствий. Ведь Липецкая область не пошла на эксперимент в прошлом году, не отважилась.

- Не готовы мы были, - честно признавались мне управленцы, директора, учителя...

- Выступала я как-то перед главами районных администраций, директорами школ, - рассказывает заместитель председателя департамента Валентина Александровна Григорьева. - И они меня озадачили сразу: «А что вы будете делать, если все дети напишут на двойку?»

- Ну и что вы им ответили? - не выдерживаю я затянувшейся паузы.

- Честно призналась, мол, не знаю. Но думаю, что у нас хватит и силы, и воли решить все в пользу детей. Добавила, помню, такое: есть вещи, которые надо решать по факту. И еще заверила всех, что на аттестацию учителей результаты экзамена не повлияют. Это ведь эксперимент.

- И вы их убедили? - интересуюсь я.

- Как же? - горько усмехается моя собеседница. - Ведь почему люди у нас боятся всего нового? Просто привыкли, что их постоянно обманывают. Не верят ни обещаниям, ни переменам к лучшему. А как сегодня ничего не менять? Как избежать перегрузок в школе, репетиторов? Говорят, давайте как раньше. Тогда нам надо возвращаться к единой программе, единому учебнику, совмещенным программам школ и вузов. Тогда и старая форма контроля знаний нас устроит. Но это же невозможно сделать. Появилась свобода у школ, у вузов. Как быть с нею? Да, возможно, ЕГЭ - не панацея от всех бед. Но никто и ничего лучше этого экзамена не предложил.

Валентине Александровне, судя по темпераментному выступлению, не однажды пришлось доказывать эти очевидные истины. Вообще подготовительную работу к эксперименту в Липецкой области я бы оценила по самой высокой шкале. Были учтены все направления. Во-первых, для самых широких масс - цикл передач на радио, телевидении. Постоянные страницы в местной печати, областной юношеской газете. Во-вторых, для директоров и учителей - специальные семинары. Выступление работников департамента перед главами администраций. В-третьих, провели свой репетиционный экзамен по области. Он состоялся в конце третьей четверти.

- Главное, что во всем, что касается ЕГЭ, мы находили поддержку у губернатора области, считают сегодня работники департамента. - А Людмила Валентиновна Куракова, первый зам. губернатора, вообще стала главным ведущим специалистом по единому госэкзамену.

Проверка на зрелость, лакмусовая бумажка, определяющая стабильность системы образования в области, проба на честность... Каких только определений этому эксперименту не довелось мне услышать на липецкой земле!

Понятно, конечно, что для управленцев самое трудное заключалось в принятии решения. Сказали: «Будем участвовать в эксперименте», «назвались груздем». А дальше уже начались действия по подготовке.

- А вы знаете, чего я больше всего боялась при проведении экзамена? - озадачила меня Наталья Ивановна Семенова, начальник отдела развития среднего общего образования департамента.

- Двоек, провалов медалистов, - напрягаю я все свое воображение.

- Нет, не угадали, - печально резюмирует Семенова, - я боялась аварии. Свалится автобус с детьми в кювет, и все эти результаты ЕГЭ будут уже совсем неважны.

- Но вы же все предусмотрели: сопровождение, ГАИ, - напоминаю я услышанное ранее.

- Так-то оно так! А его величество случай? Пьяный тракторист, отлетевшее вдруг колесо. Да мало ли!

Я задумываюсь. Действительно, если ЕГЭ начнется по всей стране, то как быть с нашими вечными двумя составляющими «дураки и дороги»? В Липецкой области было организовано 64 пункта (из них 20 - в самом городе), остальные в райцентрах и крупных селах. Область-то, конечно, маленькая. А взять Костромскую, где 100 км всего лишь «небольшой крюк», или Алтайский край с его проселочными дорогами?

Организационная часть эксперимента далась управленцам непросто. После первой репетиции поменяли часть руководителей пунктов, организаторов. Было видно, как терялись простые учителя, назначенные руководителями пунктов, при малейшей «накладке». (Решили, что доверять это ответственное дело лучше людям с опытом административной работы). Что касается организаторов, то самыми внимательными, умеющими объяснять толково и заполнять грамотно все бумаги, как правило, оказывались учителя начальных классов и литераторы.

Но Татьяна Игоревна Фленова, учитель химии 40-й школы, тоже прекрасно справилась с обязанностями организатора.

- Главное, сохранять спокойствие во всех непредвиденных ситуациях, - говорит она. - Важно создать атмосферу деловитости, честности. Ребята волнуются, даже, к примеру, путают имя, отчество, заполняют свой пол неправильно. Спокойно все объяснять. Как отменить неправильный ответ, что делать, если крупный почерк и не хватает места.

- Да, кстати, ЕГЭ подстегнул выпускников к получению паспортов, - вступает в разговор директор 40-й школы Татьяна Ивановна Аксенова. - Кто бы нас, взрослых, подстегнул тоже? А если серьезно, то опасений у нас было много. Учителя боялись, что будет несправедливо оценен их труд. Говорили, что сдавали как-то их ребята совмещенный экзамен. Пришли, мол, преподаватели вуза, раздали свои листы, зашифровали. А мы сидим с мокрыми спинами. Так и здесь. Но в то же время рассуждают так: сколько можно жить по принципу «три пишем, два в уме». Пусть будут честные оценки. Ведь учителю никто даром три рубля не даст. Надо заработать. А что ученик - исключение?

Все верно. Каждому учителю важна оценка его труда. Но как учесть, что классы-то неравноценные. Допустим, в классе пять раз за год менялись учителя математики. Как это учитывать?

Довелось мне услышать от учителей нарекания в адрес самих тестовых заданий. Они не соответствуют программам. В математике есть задания с модулями, параметрами, а в школьном курсе это не изучается. По истории, например, существует несколько десятков учебников, а КИМы, судя по всему, составляет автор одного из них.

Мало того, к директору одной из городских школ уже приходили визитеры с предложением открыть платные курсы по подготовке к ЕГЭ. Директору, если даст «добро», обещали доплату.

Вот тебе раз! Ради чего тогда вся эта затея с единым государственным экзаменом? Ведь задача школы хорошо и качественно учить в соответствии со стандартом образования, а не ломать голову над тем, не пора ли с начальной школы «натаскивать» ребят на тесты?

В этом году пришлось директорам школ, где есть профильные гуманитарные классы, проводить дополнительные занятия по математике. А как иначе? У гуманитариев всего 3 часа «царицы наук» вместо четырех положенных. Вот и пришлось выпускнице Анастасии Сметаниной корпеть над математикой. Хотя она, призер многих олимпиад по иностранному языку, к этой самой «царице всех наук» не питает особой любви. Потому и выбрала гуманитарный класс в своей родной липецкой школе.

- Вот и посчитайте нагрузку дочери, - рассуждает теперь ее мама Нина Анатольевна. - Нам-то обещали все наоборот.

Хорошо, что Настя выдержала все дополнительные испытания. Учится теперь в МГУ на факультете иностранных языков. Нет, ЕГЭ тут ни при чем. Его результаты ей не понадобились.

Во всех школах города Липецка я интересовалась, сколько ребят воспользовались результатами единого государственного экзамена. Оказалось, единицы. При том, что сдавали математику все 12792 выпускника. Обществознание и географию по выбору - соответственно 165 и 41 человек.

В Каменской сельской школе, что в Задонском районе, выпускники успешно справились с ЕГЭ. Вообще липецкие ребята оказались на высоте (см. таблицы). Вот и в маленькой школе, где выпускников всего 17 человек, было четыре медалиста. Все они подтвердили свои знания, поступили в вузы. Директор Юрий Кузьмич Пресняков считает, что это заслуга учителей. Занимались дополнительно с ребятами. Но опять же у него возникает множество вопросов.

Почему в заданиях по ЕГЭ и школьных программах есть нестыковки? Зачем нужны усиленные дополнительные занятия, если мы пытаемся уйти от репетиторства? И в конце концов кто будет платить за дополнительную работу учителю? Родители не в состоянии. Школа тоже.

Компьютеры-то в школе имеются. Если бы еще подключиться к интернету, вздыхает директор. Но пока для каменских учеников - это недоступная мечта. Нет лишней телефонной линии.

- Ну разве мои дети хуже городских? - рассуждает директор. - И умные, и талантливые. Но скажите, как мне, к примеру, из семи человек открыть профильный класс? А ведь этим семи ребятам нужен повышенный уровень знаний. Кто им его даст? Городским школьникам и курсы, и физико-математические классы, и преподаватели вуза к их услугам в конце концов.

У жителей села в связи с введением ЕГЭ появились новые заботы. Раньше после девятого класса все ребята шли в десятый. А куда же еще? С училищами, сами знаете, какая ситуация. А в нынешнем учебном году в десятом классе недосчитались 10 человек. (В школе учеников и так менее сотни). Почему ребята не пошли в десятый класс? Оказывается, испугались единого государственного экзамена. Не сдадут. Поступили честно? Да, действительно, оценили свои знания верно. Получается, при таком «честном подходе» надо не разрушать систему начального профессионального образования, не передавать ее на муниципальный бюджет, а, наоборот, всячески поддерживать. Да еще в придачу создавать рабочие места для выпускников. Готовы ли мы к этому?