Помешанные на нацизме

«Главным образом в США все больше коллекционеров-извращенцев готовы платить за это деньги, - утверждает Рене Готтшлинг. - А ведь когда разоряются могилы солдат, надежда на опознание окончательно умирает. Это последняя смерть германских солдат: они превращаются в сырье для бессовестных торговцев».

«Больше всего черных следопытов «работают» в областях, где в годы войны шли ожесточенные бои, - рассказал Стране.Ru руководитель поискового движения «Забытый полк» Евгений Кириченко. - Множество таких копателей рыщут по лесам Новгородской, Смоленской и Вяземской областей и в Можайском районе Подмосковья, где армии попадали в окружение и гибли тысячами. Зимой сидят в библиотеках, изучают документы, связанные с захоронением немецких солдат, а весной начинается «сезон». Немцы своих офицеров во времена войны хоронили с оружием, солдат - со штык-ножом, и копатели готовы разворошить любое захоронение в поисках этих «трофеев». Подобное мародерство в свое время начиналось и в западных странах, где теперь законодательно запрещена продажа предметов с нацистской символикой. Поэтому помешанные на нацизме коллекционеры покупают «экспонаты» в России, Белоруссии и Украине».

Никто не знает точно, сколько этих «шакалов войны», но, по данным экспертов, только в Ленинградской области «работает» более 200 «следопытов». «В Новгородской области профессиональных «черных копателей» несколько десятков, однако сотни приезжают из других регионов, - рассказал Стране.Ru глава Уголовного розыска УВД Новгородской области Юрий Дурангин. - Во Вторую мировую здесь шли напряженные сражения, а в лесах полно торфяных болот, в которых хорошо сохраняются оружие и металлические предметы. Информацию о том, где лежат немцы, можно узнать, даже не опрашивая местных жителей, - все данные и даже карты уже есть в интернете на сайтах копателей. Мины переплавляют на тротил, если находят оружие, сбывают в Москве или Санкт-Петербурге - в самой области как такового «черного рынка оружия» нет. Говорят, хорошо идут немецкие карабины в нормальном состоянии, которые можно продать за 300-400 долларов. К примеру, в сентябре прошлого года задержали 5 таких «удальцов» на выходе из леса с оружием и взрывчаткой - приехали специально из Тверской области собирать «урожай» в наших лесах. Правда, сдали все добровольно, и в отношении них уголовного дела не возбудили. И ведь рискуют жизнью - только в прошлом году двое подорвались на минах времен войны - один насмерть, второму разворотило руку. Однако с каждым годом оружия в лесах все меньше, и копатели все чаще ищут немецкие значки, жетоны, награды, которые в столице также можно продать за десятки, а то и сотни долларов».

Сколько стоят «гансы»

Нередко «следопыты», найдя очередные «гансы» (так сами «копатели» называют останки немецких солдат), пытаются отыскать родственников павшего бойца за рубежом. «У немецких солдат во время войны действовала система персонального учета с помощью алюминиевых или стальных жетонов, которые хорошо сохраняются в земле, - рассказал Евгений Кириченко. - Жетон состоял из двух половинок, на каждом из которых были выбиты фамилия, звание и номер части. Если солдат погибал, жетон делили на две половинки, одну из которых хоронили вместе с павшим, а другую отправляли на родину с указанием места захоронения, и по ней родственникам погибшего начисляли пенсию. Настоящая удача для «черного копателя» найти неразломанный жетон с останками его владельца - значит, солдат числится пропавшим без вести. Через интернет делается запрос в Германию, и так нередко находятся дети и внуки погибшего немца, готовые выложить кругленькую сумму за информацию о погибшем предке».

Как рассказывают специалисты, в Ленинградской области живет «следопыт», получивший из Германии автомобиль «Фольксваген» в благодарность о найденных останках дедушки. Мечта же многих «черных следопытов» - найти немецкий танк «Тигр». Три года назад два музея Германии и четыре коллекционера уже заявили о своем желании купить «Тигр», при этом на аукционе, по оценкам немецких экспертов, цена такой находки может подскочить до 2,5 млн долларов.

«Эти люди занимаются торговлей памятью, костями, - говорит Евгений Кириченко. - Это самое настоящее мародерство, однако по закону они нередко и не преступники вовсе».

Правоохранители жалуются, что привлечь «следопытов» к ответственности случается крайне редко. «Мы можем применить к ним разве что ст. 244 УК РФ «надругательство над телами умерших и местами захоронения», - рассказывает Юрий Дурангин, - но ведь чаще всего могилы военных не обозначены, и получается, что состава преступления нет. К тем же, кто ищет оружие или переплавляет мины на тротил, можно применить «незаконное приобретение, передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение оружия» (ст. 222 УК РФ) или «незаконное изготовление оружия» (ст. 223 УК РФ). Когда мы проводим рейды по нашим лесам, каждый раз обнаруживаем огромное количество тайников с оружием и взрывчаткой, оставленных «следопытами», но поймать их за руку крайне сложно. А ведь некоторые просто собирают гильзы от патронов времен войны, до сих пор разбросанные по лесам, сделанные, как правило, из меди или латуни, которые можно сдать как цветной металл. Считать ли их «черными копателями»? Да и за что их привлекать? Они забирают только оболочку патрона, а значит, это даже уже и не боеприпасы, за хранение которых можно задержать. К слову сказать, только за прошлый год мы изъяли у местных жителей более тысячи единиц огнестрельного оружия и около 32 тысяч патронов, 70% из которых принадлежит эпохе Второй мировой».

Черное вперемешку с красным

Однако, помимо «черных следопытов», существуют еще и так называемые «красные» - это школьники или энтузиасты, работающие безвозмездно ради благородной цели перезахоронения и поиска родственников погибших солдат. Однако и в эти поисковые отряды пробираются «могильные коммерсанты». «Под Новгородом ежегодно проходит разрешенная поисковая операция «Долина», организуемая патриотами из разных областей, - говорит Юрий Дурангин. - В прошлом году, к примеру, приезжали более тысячи человек, ходили по лесам. И ведь мы точно знаем, что были среди них и копатели, не пылавшие патриотическими чувствами, которые приехали в наши леса «за наживой», но за руку никого так и не поймали».

В итоге российские власти, устав от мародерства «копателей», решили запретить и «красных», и «черных» и передать «монополию на погибших солдат» руководству

Минобороны. В этом году президентом был издан указ, согласно которому Минобороны создает специальный батальон, который будет заниматься поиском и перезахоронением павших героев России. По приказу министра обороны Сергея Иванова такой батальон уже создан. В него входят две роты из Московского военного округа и рота из Ленинградского общей численностью 300 человек. Место его дислокации - поселок Мга в Ленинградской области.