Накануне состоялось бурное собрание Российской академии наук, участники которого - академики и члены-корреспонденты, известные всей стране, а то и всему миру своими выдающимися работами, наотрез отказались следовать модельному варианту устава, предложенному Министерством образования и науки РФ. Академиков возмутило предложение ведомства о создании наблюдательного совета. В ответ они сказали: мы сами с усами, и нечего за нами наблюдать. В РАО все было с точностью наоборот.

Поскольку специальная комиссия под председательством академика РАО Виталия Костомарова продолжает работать над проектом устава, по настойчивому предложению президента РАО Николая Никандрова было проведено голосование всего лишь по одному пункту - о наблюдательном совете. Президенту нужно было получить от участников общего собрания одобрение этого пункта, и он его получил. В кулуарах шли небольшие дебаты, суть которых, с одной стороны, сводилась к тому, что лучше государство будет заниматься финансами РАО, чем завхозы, с другой стороны, что всегда за РАО, то бишь прежней Академией педагогических наук СССР, наблюдал ЦК КПСС, и ничего страшного в этом не было.

Таким образом, теперь органами управления РАО становятся: общее собрание, президиум, президент и наблюдательный совет, положение о котором будет утверждать общее собрание. Президиум будет по согласованию с наблюдательным советом утверждать реестры имущества, находящегося в собственности академии или переданного ей в оперативное или хозяйственное ведение, по согласованию с наблюдательным советом будет утверждать численность аппарата президиума и его структуру, обеспечивать подготовку материалов и проектов решений по вопросам, подлежащим рассмотрению наблюдательным советом, согласовывать принимаемые решения с наблюдательным советом в случаях, предусмотренных уставом РАО. Президент академии будет согласовывать свои решения с наблюдательным советом в случаях, также предусмотренных уставом РАО.

На первый взгляд роль наблюдательного совета легка и тактична. Но не все так просто, как кажется на первый взгляд. Дело в том, что в состав наблюдательного совета (девять человек) войдут только три представителя академии, а остальные - три представителя Правительства РФ, по одному - от Госдумы РФ и Совета Федерации РФ, Администрации Президента РФ. С этой замечательной девяткой и предстоит согласовывать все и вся.

К исключительной компетенции наблюдательного совета академии относится согласование:

предложений по проекту федерального бюджета в части финансирования академии;

годового плана бюджетного финансирования РАО, в том числе распределение средств между направлениями фундаментальных исследований и научными организациями, между базовым и проектным финансированием, между проектами фундаментальных научных исследований в рамках программы фундаментальных научных исследований академии;

решений о создании, реорганизации и ликвидации организаций, подведомственных академии;

реестров имущества;

сделок с имуществом академии на сумму, превышающую 3 процента годового плана бюджетного финансирования академии.

Такое положение устава академики РАО одобрили, хотя их коллеги из РАН воевали против именно таких исключительных компетенций наблюдательного совета. Разве какой-то совет может определить, какое фундаментальное исследование важнее и поэтому должно получить большее финансирование, говорили академики РАН, и трудно с ними не согласиться. Но такие резоны в РАО назвали бунтом против Правительства РФ и отнеслись к этому крайне неодобрительно. Дескать, кто же кусает руку, дающую деньги на житье и работу?

Проект устава перед проведением общего собрания руководство РАО заблаговременно одобрило в министерстве, поэтому все время шли ссылки на то, что уже все решено. Создается впечатление, что наблюдательный совет с такими его компетенциями в области определения вопросов финансово-хозяйственной деятельности РАО был принят как данность власти в обмен на несколько важных вещей.

Во-первых, академия становится государственной, и для РАО это оказывается очень важным шагом. Но при этом Правительство РФ или Президент РФ в соответствии с Законом «О науке и государственной научно-технической политике» могут принять решение о реорганизации или ликвидации РАО. Академия и так-то была не очень самостоятельна, а теперь и вовсе зависит исключительно от воли исполнительной власти.

Во-вторых, из текста устава исчезли всяческие упоминания о возрасте претендента на пост президента (хоть в сто лет можно претендовать на избрание), нет предельного возраста ни для вице-президентов, ни для других руководителей. Если учесть, что возраст некоторых академиков зашкаливает за 80-90 лет (например, несколько десятков действительных членов по состоянию здоровья не могут посещать даже общие собрания), то отмена возрастного ценза для РАО весьма важна. Именно этим, в частности, видимо, объясняется такое дружное голосование за проект нового устава.

В-третьих, в уставе нет и предельного срока, на который может быть избран президент. Всякий раз его будут избирать на пять лет, а вот сколько раз, об этом ни гу-гу. Президент России может быть избран лишь дважды подряд, а президент РАО, похоже, может при удачном стечении для него тех или иных обстоятельств получить свой пост пожизненно. Такая в РАО демократия.

В-четвертых, РАО пошла на то, чтобы в уставе не упоминать региональные отделения. В нем - только отраслевые. Но, как справедливо заметил академик Геннадий Бордовский, решение, скажем, о Северо-Западном региональном отделении РАО, которое он возглавляет, принимало в свое время Правительство РФ. Кто решил отменить постановление правительства по собственному почину? Или чиновники документов не читают, или так смелы, что правительство им нипочем?

В-пятых, видимо, тоже по предложению Министерства образования и науки РФ были внесены два тезиса, вызвавшие резко отрицательную реакцию общего собрания РАО. Если академик, предложено в уставе, в течение трех лет не представляет членам академии отчета о своей научной деятельности, то общее собрание вправе принять решение о прекращении ему выплаты оклада за звание члена академии. Весьма странное решение, если учесть, что и академики выходят на пенсию и лишать их довольствия по этой причине несправедливо. Кстати, и решение об окладах за звание академиков устанавливает Правительство РФ, почему же нужно подменять его, внося свои новшества, оскорбляющие членов РАО? Другой тезис по поводу членства: в уставе предложено такое: член академии может прекратить свое членство, направив в адрес общего собрания личное заявление на этот счет. С даты направления такого заявления он уже членом РАО не считается. А если человек написал заявление из-за обиды на невнимание коллег по академии? А если у него есть какие-то другие причины на этот счет? Неужели нужно его сразу, без всяких обсуждений, выкинуть за борт?

Очень интересно и еще одно новшество, касающееся выборов в академики и члены-корреспонденты. Для избрания кандидату необходимо получить больше половины голосов членов академии, принимающих участие в голосовании по его кандидатуре. Если по какой-либо вакансии ни один из кандидатов не получил необходимого для избрания числа голосов, проводится второй тур. Но по решению общего собрания может быть проведен и третий. Но количество кандидатов в этом случае не должно превышать числа вакансий по соответствующему научному направлению. Это значит, что выборы превратятся в назначение, ибо при одной вакансии будет всего один претендент, а при двух - два претендента, и шансы быть избранными у них практически стопроцентные. Как говорится, однако!

К чести академиков, многое из предлагаемого не было поддержано, но голосования по этому поводу никто не проводил, проголосовали за принятие проекта устава в целом. А вот какие предложения будут учтены, а какие нет - на совести президиума. Какова эта совесть - покажет время.

P.S. Продолжение в следующем номере