Параллельно опросу выпускников московских школ опрашивались и учителя, работающие со старшеклассниками. Из них 62% - классные руководители. В числе опрошенных 13% составили завучи. Опросу подлежали лишь учителя, работающие со старшеклассниками. В первую очередь опрашивали учителей русского языка и литературы, истории, предметов обществоведческого цикла, иностранных языков, математических дисциплин, информатики, физики, химии, биологии, экологии. Остальные - учителя физкультуры, трудовой подготовки, черчения, предметов эстетического цикла - составили всего 15%.

По педагогическому стажу: до 2 лет - 3%; 3-5 лет - 7%; 6-10 лет - 15% (т.е. педагогический стаж до 10 лет имели 25% опрошенных); 11-20 лет - 32%; более 20 лет - 43%.

Начнем с анализа уровня жизни, который замерялся лишь на основе его самооценки учителями.

Как и следовало ожидать, подавляющее большинство самооценок учителями уровня жизни своих семей тяготеет к «живем неплохо» (№6 + №8 = 49%) и «удается сводить концы с концами» (№9 + №11 = 38%). На этих двух базовых (включая промежуточные) вариантах сосредоточено до 90% ответов.

Это явный прогресс по сравнению с данными исследования московских учителей десятилетней давности, когда ведущим ответом был «удается сводить концы с концами» (48,7%), к тому же в инструментарии был еще один ответ «часто не хватает средств на самое необходимое, даже на нормальное питание» - 18,3%.

Иными словами, в 1996 году на уровне бедности (а он включал «сводить концы с концами» + «часто не хватает средств на самое необходимое») находилось до 60% опрошенных учителей, а сейчас 38%. Ведущим становится средний уровень материального потребления «живем неплохо» - 49%. В исследовании 1996 г. так могли оценить уровень своей жизни лишь 30% опрошенных.

Приведенное сравнение результатов нынешнего (2006 г.) и предыдущего (1996 г.) исследования носит сугубо справочный, ориентировочный характер. Они не должны толковаться как научно-обоснованные сравнения по следующим причинам.

За прошедшие 10 лет изменился сам образ жизни москвичей. Вместе с ним изменилось и представление о том, что такое «жить неплохо», что такое «сводить концы с концами». Сегодня было бы нереалистичным предлагать в инструментарии, по которому опрашиваются работающие в тех или иных областях народного хозяйства и социальной сферы, показатель «не хватает средств на самое необходимое, даже на питание». Материальная жизнь москвичей изменилась, слава богу, в лучшую сторону, и этот крайне низкий уровень жизни, который был достаточно распространен среди работающих москвичей 10 лет назад, сегодня не социально значим.

Если ранее такой признак, как «можем позволить приобретение новой бытовой техники, мебели только в случае острой необходимости (поломка холодильника и т.д.)», характеризовал средний уровень жизни «живем неплохо», то теперь он характеризует бедность: «удается сводить концы с концами».

У среднего уровня в инструментарии 2006 г. иные ограничения - «приобретаем новые, более модные, хотя и не самые дорогие, модели бытовой техники.., но это, как правило, требует от нас определенной экономии, временных ограничений в других тратах».

Произошли содержательные изменения и при описании портрета «живем обеспеченно».

Отмечая (в справочно-ориентировочном порядке) прогресс уровня материального благосостояния московских учителей, мы должны признать, что высокий уровень жизни («живем обеспеченно»), а тем более наивысший уровень жизни («ни в чем себе не отказываем»), как и ранее, и сейчас не типичен для московских учителей.

Даже высокий уровень жизни «живем обеспеченно» - № 4 +

№ 5) встречается редко - 8,9% в этом (недостаточно массовом) исследовании.

На этом фоне впечатляет тот факт, что среди учителей, работающих в школах (классах), имеющих естественно-научную специализацию, 16% могут быть отнесены к высокому и наивысшему уровням (№1 - №5) жизни. Не менее впечатляют показатели уровня жизни молодых учителей (со стажем до 10 лет). Среди них 15% могут быть отнесены к высокому и наивысшему уровням жизни (№1 - №5), и самые лучшие показатели (18,2%) высокого и наивысшего уровней жизни мы наблюдаем у учителей иностранных языков.

Данные таблицы 1 свидетельствуют об ощутимой дифференциации уровня жизни преподавателей, занятых в различных школах, с различным профилем, имеющих различный педагогический стаж работы, преподающих различные предметы. Мы проследим эту дифференциацию на основе самого тревожного показателя «бедности» (№9 + №10 + №11).

Если взять «профиль школ», то особенно тревожно выглядят данные по школам, в которых нет специального профиля. Здесь на уровне бедности (по самооценке) живут 44% опрошенных учителей (сравним с 35,8% в школах с естественно-научной специализацией, с 37,3% - с гуманитарной специализацией). Самые благополучные показатели у учителей из естественно-научных школ (и по «высоким» уровням жизни, и по «бедности»).

Педагогический стаж. По этому показателю впереди всех молодые (и относительно молодые) учителя со стажем до 10 лет. У них показатель бедности составил всего 32,2%.

Еще в исследовании 1996 года мы обратили внимание на то, что именно те, чей стаж от 11 до 20 лет (т.е. кто имеет детей, их воспитывает, одевает, обучает, «ведет» от школы до окончания вуза), имеют самое тяжелое материальное положение.

Относительно благоприятная ситуация у учителей с педагогическим стажем до 10 лет подтверждается высокими показателями (№1 - №5) - 15%.

Предметы преподавания. Дифференциация уровня жизни по этому признаку выявляет, что самые низкие показатели бедности (№9 + №10 + №11) мы обнаруживаем у преподавателей математических дисциплин, иностранных языков (по 33%), наиболее же тревожные данные у преподавателей историко-обществоведческого цикла (45%).

Если же посмотреть на всю таблицу в целом, то мы можем сказать, что:

наиболее благоприятная ситуация на основе анализа всех проанализированных указанных параметров (профиль школы, педагогический стаж, преподаваемый предмет) у преподавателей иностранных языков (показатель высоких уровней жизни - 18,2%, показатель бедности - 33,3%), молодых (и относительно молодых) учителей - педагогический стаж не более 10 лет (показатель высоких уровней 15%, показатель бедности - 32,2%), преподавателей школ с естественно-научной специализацией (показатель высоких уровней - 15,8%, показатель бедности - 36,8%);

наиболее тревожная ситуация у учителей историко-обществоведческого цикла (показатель бедности 45%), у преподавателей среднего возраста со стажем 11-20 лет (показатель бедности 46%) и преподавателей школ без профиля (показатель бедности 44%).

Одним из источников стабилизации и повышения уровня материального благосостояния семьи учителя стали дополнительные заработки, в том числе вне этой школы. Ими были заняты 26% опрошенных, причем у подавляющего большинства (18% из 26%) эти подработки совпадают со специальностью, по которой они работают в школе.

Интересно обратить внимание на то обстоятельство, что степень вовлеченности преподавателей в подработки вне школы очень различна. Если среди преподавателей иностранных языков 48,4% были вовлечены во внешкольные подработки, то среди учителей истории всего 21%, т.е. в 2,3 раза меньше.

Среди имеющих дополнительные заработки к высоким уровням жизни (№1 - №5) было отнесено 20,5%(!). В то же время число отнесенных к бедным среди имеющих дополнительные заработки составляло 42,6%, а среди не имеющих их - 38,1%.

Исследование выявило, что куда более значимый фактор «выведения» из бедности - нагрузка в школе.

Отметим, что, судя по результатам исследования, имеют:

менее 9 часов - 5% учителей-респондентов;

10 - 12 часов - 9%;

13 - 18 часов - 10%;

19 - 24 часа - 30%;

26 - 30 часов - 26%;

31 - 36 часов - 12%;

37 и более часов - 8%.

Комментарии излишни - учителя работают на износ: 46% учителей имеют не менее 4,5 часа учебной нагрузки ежедневно (при 6-дневке). При этом остается еще ненормированная нагрузка (классное руководство - его имеют 62% опрошенных учителей, методическая работа, подготовка к урокам).

Такая загруженность, как показало исследование, во многом вынужденная. Она нужна, чтобы вывести семью из зоны бедности.

И наоборот, низкая загруженность равнозначна бедности. При нагрузке 9 часов - 18 часов в неделю показатель бедности равняется 53%, при нагрузке 19-24 часа в неделю он составил 32,9%; а при нагрузке от 25 часов до 36 часов и выше - 16,5%. Налицо тенденция - чем выше педагогическая нагрузка, тем ниже показатель бедности.

Но каковы профессиональные последствия (осознаваемые и не осознаваемые учителями, работниками народного образования) такого пути преодоления бедности, не становится ли он причиной того, что из всех важнейших образовательно-воспитательных функций учителям удается решать, по оценке выпускников, лишь самую элементарную - «учить азам знаний»?

* * *

Что же, по мнению самих учителей, затрудняет их профессиональную деятельность?

Перед тем как приступить к комментарию результатов, зафиксированных в таблице 2, сделаем одну оговорку. В предложенном учителям перечне были и другие «затруднения», в частности, «в классах очень много детей». Но демографическая яма, видимо, существенно смягчила эту проблему - на нее отреагировали до 10% опрошенных учителей.

Если же говорить о «затруднениях» в профессиональной деятельности, которые отметили все опрошенные учителя Москвы, то здесь на первом месте стоит с большим отрывом от других недостаточный уровень общекультурного и интеллектуального развития нынешних школьников (49,1%). Более чем вдвое меньше тех, кто отметил «ничего не затрудняет» (21,8%).

Затем идет группа, имеющая показатели от 20% до 17,1%: №4 - «постоянные организационно-управленческие новшества» (19,2%); №1 - «низкая дисциплина детей» (17,9%); №2 - «незаинтересованность большинства школьников в изучении предмета»; №5 - «приходится брать много часов.., поэтому не удается хорошо подготовиться» (по 17,1%).

В третью группу затруднений входят набравшие от 15 до 11%: №6 - «учебный процесс плохо оборудован» (13,7%); №7 - «учителя поставили в положение робота: все спускается сверху» (12%).

Итак, обнаруживается, что учительство Москвы в первую очередь беспокоит «недостаточный уровень общекультурного и интеллектуального развития нынешних школьников». Причем особенно часто упоминали эту проблему учителя из непрофильных школ, учителя из гуманитарных и инязовских спецшкол, учителя русского языка и литературы, истории и обществознания.

Мы далеки от мысли сделать школу, учителей единственно ответственными за общекультурное и интеллектуальное развитие молодежи, но для нас безусловна ведущая (если не решающая) роль системы образования в общекультурном и интеллектуальном развитии молодежи. Не становятся ли сетования учителей выпускников Москвы 2006 года о недостаточном культурном и интеллектуальном развитии последних своеобразной самокритикой своей работы, работы своих коллег, преподававших в начальных, средних классах, всех работников системы образования? Думаем, что респонденты, сами того не замечая, дали оценку во многом своему труду, труду своих коллег.

Вызывают особое беспокойство проблемы, с которыми сталкиваются учителя непрофильных школ. Здесь даже другая иерархия затруднений. Так, при сохранении на первом месте «недостаточного уровня общекультурного и интеллектуального развития» на втором месте здесь - «низкая дисциплина детей» (31,8%), а на третьем - «плохое оборудование учебного процесса» (31,7%). Обращает на себя внимание, что среди учителей беспрофильных школ нашлось лишь 10% тех, кто отметил, что их работу «ничего не затрудняет».

Результаты по непрофильным школам формируют впечатление, что эти школы живут «как бы на другой планете». Здесь среди наиболее острых часто совершенно иные проблемы: хулиганство, плохо оборудованные классы и т.д. Проанализируем, как бы в противовес, естественно-научные спецшколы. Здесь при сохранении того же лидера - «недостаточный уровень развития школьников» на втором месте идет показатель «ничего не затрудняет» (30,8%). Это самый высокий показатель тех, кто в целом всем доволен в своей профессиональной деятельности, не видит серьезных внешних затруднений для этого.

Посмотрим на отдельные показатели.

«Низкая дисциплина детей». Больше всех, как отмечалось, это беспокоит учителей беспрофильных школ (31,8%). Но не только. На это затруднение указали 25,5% учителей гуманитарных спецшкол, учителей русского языка и литературы (25,6%). И наоборот, низкие данные по этому показателю в естественно-научных, инязовских спецшколах, у учителей иностранных языков, физики, химии, биологии (соответственно: 13,1%; 14,9%; 11,8%; 10,9%). Не говорит ли это об отношении учеников к предмету?

«Незаинтересованность большинства школьников в изучении моего предмета»: реже всех на это затруднение указывали учителя естественно-научных, гуманитарных и инязовских спецшкол (соответственно: 10,3%; 14,5%; 12,8%), преподаватели иностранных языков (14,7%). У остальных данный показатель составил 18-19%, а среди учителей непрофильных школ - 21,5%. Анализ результатов данного показателя (в особенности по показателю профиля школы) - еще одно доказательство преимуществ профильного образования в старших классах.

На №4 «Постоянные организационно-управленческие новшества» особенно жалуются преподаватели инязовских спецшкол, русского языка и литературы, истории и обществознания, физики, химии, биологии (соответственно: 31,9%; 28,2%; 25,6%; 26,1%). Их фактически не замечают преподаватели иностранного языка, математики (14,7%; 10%), наверное, не до новшеств учителям беспрофильных школ (7,3%).

№5 «Приходится брать много часов, активно подрабатывать... потому не удается хорошо подготовиться...». В целом (17,1%) уровень обеспокоенности учителей этими проблемами мы считаем недостаточным. (Респонденты, как мы думаем, лукавят.) В реальности угроза гораздо опаснее, сильнее. В то же время наибольшую обеспокоенность этим обстоятельством высказали учителя иностранного языка (24,8%), что и понятно, учитывая, что около 50% всех учителей иностранных языков имеют подработки вне школы (при средней по Москве - 26%). Особую озабоченность этим обстоятельством высказывают и учителя истории, обществознания (23,3%), чей уровень жизни в данном исследовании оказался самым низким, что побуждает их иметь большую педагогическую нагрузку внутри школы. Последнее в свою очередь затрудняет самообразование, которое особенно необходимо сегодня учителям истории, обществознания, экономики, государства и права и т.д.

На фоне историков выглядят очень успокаивающе данные по преподавателям математики (10%).

№6 «Учебный процесс плохо оборудован», по мнению лишь 13,7% учителей Москвы. Но если взглянуть на мнения учителей из беспрофильных школ (31,7%), инязовских спецшкол (19,1%), а также преподавателей физики, химии, биологии (21,7%), то становится очевидным, что в этом отношении еще многое предстоит решить, не ограничиваясь лишь компьютеризацией школы.

Высказали недовольство тем, что (№7) «учителя поставили в положение робота: все спускается сверху» всего 12% опрошенных учителей. При этом реже других указывали на такого рода затруднения для своей профессиональной работы учителя обычных школ (7,3%), иностранного языка, математики и информатики, физики, химии, биологии (5,9%; 8,2%; 6,5%).

В то же время стремление к большей самостоятельности, озабоченность тем, что «все спускается сверху», проявили все преподаватели спецшкол: и естественно-научных, и гуманитарных, и инязовских, а также учителя русского языка, истории и обществознания (соответственно 17,9%; 20%; 19,1%; 23,1%; 18,3%). Думаем , различие в восприятии степени свободы, которой обладает учитель, зависит как от квалификации (учителя спецшколы здесь не случайно выделились), так и от предмета преподавателя, который может в большей или меньшей степени зависеть от авторского подхода, интерпретации и т.д.

И последнее: (№8) «мою жизнь в школе ничего не затрудняет». Так оптимистично смогли ответить только учителя естественно-научных спецшкол (30,8%), учителя иностранных языков (26,5%), математики и информатики (24,5%).

В данном случае хочется обратить внимание на учителей иностранных языков: фактически по всем показателям они демонстрируют наибольшую лояльность (или безразличие?) к сложившейся ситуации, кроме одного случая: приходится активно подрабатывать, поэтому не всегда удается хорошо подготовиться; что, как мы сказали, в целом соответствует выявленным эмпирическим фактам.

Итак, лишь каждый пятый-четвертый (21,8%) опрошенный учитель отметил - ничего не затрудняет его профессиональную деятельность как учителя. Логика нашего анализа подводит нас к изучению самооценок преподавателями школы собственной работы в школе.

Предварим анализ данных таблицы 3 следующим разъяснением. Мы отдаем себе отчет в том, что опрошенные навряд ли могут быть искренними, давая самооценку собственной работе. С целью преодоления возможной неискренности, которая могла выразиться в завышенности самооценки собственного труда, мы в инструментарии исследования реализовали следующую схему.

Сначала респонденту предлагалось дать оценку работы своим коллегам. И лишь «излив» на них все, что он думает, респондент подходил к следующему вопросу, где предлагалось, ориентируясь на варианты оценок, изложенных в предыдущем вопросе, дать оценку собственной работе. Тем самым, как мы надеемся, снимается определенная настороженность респондента, «излив все, что он думает о товарищах», он легче настраивается на реалистическую самооценку. Но при всем этом полностью преодолеть некоторую завышенность самооценки собственного труда навряд ли удается.

И еще одним соображением необходимо поделиться: (относительно) небольшое число опрошенных учителей делает более или менее достоверным анализ показателей №1 и №2 таблицы 3. На чем и будет сделан акцент в нашем комментарии.

Как видно из приведенных в таблице 3 данных, всего 60% опрошенных (при этом надо учитывать, что здесь имеется тенденция к завышению самооценок) отметили, что «работают творчески, с интересом и полной отдачей». При этом число работающих, как говорится, «по высшему разряду» особенно велико в естественно-научных спецшколах, у тех учителей, чей стаж 11 лет и выше.

Можно сказать, тревожная картина обнаружена в самооценках учителей, работающих в гуманитарных и инязовских спецшколах. Здесь дух заинтересованности и полной отдачи (даже по самооценкам) отнюдь не доминирует (соответственно 46%, 50%). Остальная масса в лучшем случае «делает все, что требуется, но без особого интереса» - соответственно 34% и 30,3% или работает частично или полностью «ниже своих возможностей». Более или менее аналогичные тенденции обнаружены и при анализе роли педагогического стажа. Среди молодых (и относительно молодых) учителей явно нарастает доля работающих частично или полностью «ниже своих возможностей».

Иными словами, при всей возможной завышенности самооценок исследование обнаружило, что во многих случаях до половины преподавателей, в особенности молодых (и относительно молодых), работающих в гуманитарных и инязовских спецшколах, работают в лучшем случае без особого интереса, а в худшем - явно ниже своих возможностей.

Тем самым мы подходим к вопросу о потенциальной текучести кадров среди учителей Москвы.

Данные, зафиксированные в таблице 4, свидетельствуют, что лишь около половины (45,8%) всех опрошенных, безусловно, довольны своей работой в школе и поэтому не думают ее менять (№9). Определенную неудовлетворенность высказали 17% (№7). Не удовлетворены своей работой в школе и хотели бы ее поменять 21,3% (№4 + №5 + №6 + №8). Из их числа вынуждены работать в школе из-за возраста (№8) или не уверены, что будут востребованы в другом месте (№6), около 9%, остальные 12% (№4 + №5) активно занимаются поисками новой работы, готовы откликнуться на интересные предложения.

Таков в целом интегративно выраженный уровень лояльности опрошенных московских учителей школе: 45,8% - устойчиво лояльны, 17% - относительно лояльны, 21,3% - не лояльны, из последних 12% готовы уйти из школы.

* * *

В завершение - о социальном самочувствии учителей. Что за последние 10 лет (сравниваются данные массового опроса учителей Москвы 1996 г. и результаты опроса московского учительства по ограниченной выборке 2006 г.) изменилось, каков общий тренд этих изменений?

Об этом свидетельствуют ответы на вопрос: «С каким чувством вы смотрите в будущее?» (в %) (См. табл. 5).

Даже принимая во внимание ориентировочный характер данных 2006 года, позитивный сдвиг в настроениях ощутим. И это понятно, учитывая, в частности, сдвиги в уровне материального положения московского учителя.