На вечер меня никто не приглашал, пошла сама, потому что хотела, наконец, увидеть Марка Романовича. Москва - большой город, но мир необычайно тесен, и заочно я была связана с Бубманом несколькими жизненными историями.

При случае моя классная руководительница Тамара Дмитриевна Абсалямова просила передать Марку Бубману привет. Дело в том, что давным-давно, когда Тамара Дмитриевна была еще Тамарой Федоровой, она училась с ним в одной группе на физфаке МПГУ имени В.И.Ленина. Так получилось, что после окончания учебы Тамара Дмитриевна сразу пришла в нашу школу, и к ней приезжали одногруппники. Так я познакомилась с замечательными людьми, которые хорошо знали Бубмана, после первого курса ездили с ним на целину на уборку урожая, избирали его комсоргом группы.

Марк Бубман очень хотел быть физиком и учиться в МГУ. Но по некоторым причинам, которые сегодня кажутся нелепыми, шансов сдать экзамены и быть принятым на физфак МГУ у него не было, поэтому он поступил в МПГУ, бывший тогда МГПИ и собравший под своей крышей много интересных людей, прославивших институт в будущем. Это были Визбор, Ряшенцев, Фоменко, Ким и другие. В группе, где учился Бубман, тоже была своя удивительная личность - староста Лена Шувалова. Она была дочерью известного московского директора школы. Школа располагалась за сегодняшним зданием Государственной Думы, и учились в ней дети тех, кто проживал на улице Горького, ныне Тверской. Среди многих знаменитостей, отдавших отпрысков в эту школу, был Александр Вертинский, который часто давал концерты для педагогов, учителей и детей. Он с трудом добирался до последнего этажа, где располагался актовый зал, за ним несли стул, на каждом этаже он садился на этот стул и отдыхал. В группе Бубмана было всего пять парней, остальные девушки; после окончания вуза, когда еще было распределение на работу, практически единицы пошли в школу - у всех нашлись причины, по которым работа там была невозможна. Лена Шувалова тоже не пошла работать учителем, у нее на руках умирала от тяжелой болезни мама. Поэтому жизнь ее пошла как-то по-другому. Я воспринимала ее с восторгом, во-первых, она состояла в литобъединении «Магистраль» при ЦДКЖ, объединением руководил известный поэт Григорий Левин, автор знаменитого в те годы стихотворения «Ландыши». «На привокзальной площади ландыши продают. Почему не просто дают, почему не дарят, как любимая взгляд? Ландыши продают. Непорочно белые, чистые, лучевидные и лучистые, непогрешимые. Что им гроши мои?» - мы читали эти строки наизусть, и нам казалось, что это какой-то манифест против оценивания чего-то чистого и святого презренными рублями. Ха-ха-ха, знать бы тогда, что все в наше время закончится рынком, где будет продаваться все: и чистое, и святое, и непорочное. В «Магистраль» приходил сам Михаил Светлов, это сейчас его забыли, а в те времена светловскую «Гренаду» «проходили» по литературе и читали наизусть все школьники Советского Союза. А еще Лена сама писала стихи, и их даже печатали в «Новом мире», что тогда было высшим признанием для писателей и поэтов. Стихи у нее были разные, однажды она приезжала в нашу школу и читала их нам, собравшимся почему-то в учительской. Больше всего почему-то запомнились такие: «Говорила мама: «В лужу не ходи!» И малыш упрямо лужу обходил. Он возил машиной солнечный песок и косил на лужу озорной глазок. А над нею тихо пыли облака, из нее котенок бирюзу лакал...» Все заканчивалось, конечно, тем, что круг вокруг лужи становился все уже, и, вполне вероятно, малыш все-таки в лужу попадал. Думаю, стих потому запомнился, что уж слишком часто нам, старшеклассникам, взрослые диктовали свою волю. По этой части непревзойденным диктатором была старшая пионервожатая моей 743-й Людмила Нарышкина. По удивительному совпадению (мир тесен!) Людмила Сергеевна работает учителем истории в школе у Марка Бубмана, судя по наблюдениям, меньшим диктатором с годами она не стала и все так же любит говорить о своей роли в истории и своих удивительных достижениях по части преподавания.

Но совпадения на этом не заканчивались. Однажды в редакцию пришло письмо с многочисленными подписями родителей: они протестовали против сноса школы и строительства на ее месте новой. Директором школы был Марк Романович Бубман. Общались мы с ним исключительно по телефону, и он рассказал, как трудно пробивается идея нового строительства, как сложно, если не невозможно, было войти в «титул», добиться решения правительства Москвы на этот счет. Но родители, к которым в те времена прислушивались и принимали решения только с оглядкой на общественное мнение, выступали против, и все усилия Бубмана могли пропасть втуне. Старая же школа разваливалась на глазах, учить в ней детей и учиться самим детям было просто опасно для жизни. Я тогда сделала практически невозможное - нашла всех подписантов, выяснила, что никто из них ничего против не имеет, и, проведя журналистское расследование, нашла человека (кстати, большого начальника), который сам в этой истории не засвечивался, но был организатором всех протестных мероприятий. Чиновник знал, как вести борьбу, какие и куда писать письма, на какие точки давить, чтобы власть испугалась и отказалась от принятых ею же решений. В одном из номеров «Учительской газеты» на первой полосе появилась фотография старого здания, дышащего на ладан, а на одной из страниц - мой материал, в котором я довольно язвительно расправлялась с жалобщиком и интриганом. История имела продолжение лично в моей жизни - мне редко так грозили расправой неизвестные личности, но, к счастью, все закончилось благополучно, я жива до сих пор, а в новой школе Бубмана побывал в начале какого-то нового года сам мэр Москвы Юрий Михайлович Лужков. Нынче, судя по всему, жизнь школы протекает нормально.

Теперь, наверное, понятно, почему я пошла в Московский городской Дом учителя, чтобы посмотреть на самого Бубмана и узнать, что собой представляет школа, за которую пришлось так биться.

Марк Романович Бубман оказался симпатичным человеком, конечно, все выступающие славословили в его адрес, но он, по-моему, воспринимал все это с подобающим умному человеку юмором, трогали его только выступления учеников (замечательного хора, гимнастической группы, танцевального коллектива) и выпускников, которые многого сумели добиться в жизни, получив хорошее образование в своей родной школе. Мне показалось, что среди учителей много людей, которые искренне хорошо относятся к своему директору, из них несколько - тоже бывшие выпускники. И тоже обладают хорошим чувством юмора. Чего стоило одно только выступление пародийного ансамбля «Ядрена Матрена» или «Школьная фабрика звезд» с исполнителями - учителями начальных классов. Кстати, среди выступающих я увидела архитектора, который когда-то создал проект новой школы.

Бубман работает в своей школе уже много лет и, думаю, никогда не пожалел, что пришел именно сюда, что здесь стал директором. Школа, что называется, с историей - славной 70-летней историей, которой можно гордиться. Созданная до войны, она много видела, эта замечательная школа, в ней работали и работают умные, творческие учителя, которые дали путевку в жизнь сотням своих учеников. Педагоги всегда служили Родине, шли на фронт, когда стране угрожал враг, трудились, не жалея сил, когда ей требовались образованные люди, одерживали победы над собой, над обстоятельствами, справлялись со всем, что выпадало на их долю. Сидящие в зале ученики, может быть, впервые видели своих учителей на большой сцене и любовались ими, с наслаждением воспринимали сказанное. Думаю, ретроспектива деятельности школы вызвала уважение и коллег - директоров школ, которые нашли время и пришли на творческий отчет 429-й. Ведь 429-я - это не просто школа, но еще и победитель конкурса инновационных школ в рамках нацпроекта «Образование».