Мина замедленного действия

Тот факт, что школа-интернат №2 была передана в областную собственность, а значит, и в ведение областного Управления образования только 1 января 2006 года, скромно замалчивался. Точно так же замалчивалось и то, что еще в августе 2005 года, как раз во время приемки школы к учебному году, госпожнадзор выявил целый ряд недостатков и обязал тогдашних хозяев школы-интерната №2 - Управление образования города Воронежа - устранить эти недостатки до 1 ноября 2005 года! Согласно предписаниям пожарных, необходимо было убрать с верхнего, четвертого, этажа школы актовый и спортивный залы, закупить огнетушители, установить противопожарную сигнализацию и, самое главное, перенести из подвала газовую котельную, отапливавшую как школу-интернат №2, так и соседнюю школу-интернат №6 для глухих и слабослышащих детей.

К 1 января 2006 года в ведение Главного управления образования Воронежской области перешли пять школ-интернатов, находившихся до этого в ведении города Воронежа, в том числе и интернат №2. Вот только ни одно из предписаний пожарных исполнено не было. Больше того, в ремонт спортивного и актового залов продолжали вкладываться деньги - более одного миллиона рублей!

27 марта 2006 года прокуратура Воронежской области вынесла представление по результатам проверки школы-интерната №2. В нем, в частности, говорится, что «нерешенные проблемы в области пожарной безопасности представляют реальную угрозу жизни и здоровью воспитанников и всего персонала». И идет перечисление этих самых проблем: отсутствие автоматической пожарной сигнализации, неисправное состояние сети внутреннего пожарного водоснабжения, нехватка первичных средств пожаротушения. Кроме того, «на окнах первого этажа школы установлены нераспашные металлические решетки, что исключает возможность быстрой эвакуации воспитанников и педагогического состава». А «в подвальном помещении школы-интерната находится газовая котельная, эксплуатация которой представляет потенциальную опасность для жизни и здоровья».

По существу, городской администрацией к 1 ноября 2005 года не было исполнено ни одно из предписаний пожарных. В итоге в феврале 2006 года воронежская школа-интернат №2 оказывается в числе 115 самых пожароопасных объектов России, а областная прокуратура предлагает «рассмотреть вопрос о переводе школы-интерната № 2 в другое помещение, отвечающее нормам безопасности, предусмотренным для таких объектов».

Кроме того, в ходе проверки были выявлены многочисленные недостатки воспитательно-профилактической работы с учащимися и образовательного процесса в целом.

Воронеж

Комментарий

Владимир САБАДА, начальник отдела социальной защиты детей Главного управления образования Воронежской области:

- В первую очередь нас обвинили в том, что мы закрыли школу-интернат, не посоветовавшись с городским отделом опеки и попечительства и не спросив разрешения у детей старше 10 лет. То есть с нарушением статьи 57 Семейного кодекса. На самом деле эту статью просто не дочитали до конца. Там сказано, что да, действительно, перевод детей осуществляется с учетом мнения каждого ребенка, достигшего 10-летнего возраста. За исключением случаев, когда это противоречит его интересам!

Угроза жизни и здоровью воспитанников, о которых шла речь в представлении прокуратуры, как раз и является таким исключительным случаем! Котельную из-под здания не перенесли. И детей в нем нельзя было оставлять.

Второе. При проверках деятельности школы-интерната работниками Главного управления образования области выяснились следующие факты. На момент проверки в школе присутствовали только 48 детей из 121 по списку. Прокуратура во время своей проверки обнаружила отсутствие на занятиях «до 50 процентов списочного состава». И даже по официальным, явно заниженным данным, которые руководство школы-интерната представляло городскому управлению образования в 2003-2004 годах, в школе постоянно отсутствовало от 24 до 44 воспитанников. Так же было и в 2005 году. Но действенных мер по возврату детей в школу-интернат не предпринималось. Проверки, которые проводились органами прокуратуры и милиции, постоянно выявляли серьезные нарушения в работе школы-интерната. Например, ГУВД области в сентябре 2005 года обнаружило, что у 120 из 122 воспитанников нет временной регистрации.

Областное управление образования в 2003-2005 годах не раз предлагало городским структурам упорядочить работу второй школы-интерната и определить новое место обучения для каждого ребенка, не желающего пребывать в интернатном учреждении. Но отделы опеки и попечительства продолжали выбирать более легкий путь устройства детей, оставшихся без попечения родителей. Подростков старше 13 лет, несмотря на их нежелание обучаться в интернатном учреждении, по-прежнему направляли в школу-интернат №2.

Кстати, когда мы попросили предоставить нам данные, на сколько детей выписывались продукты, выяснилось, что на 69 человек! При 121 по списку! И необязательно, что продукты воровали. Дети могли позавтракать, а потом уйти, и только вечером прийти поужинать. Вот такая обстановка.

1 сентября 2005 года, уже после того как были известны предписания госпожнадзора, в школе открыли первый класс - для одного учащегося! Всего же в начальной школе было 7 человек: один в первом, трое во втором и трое в третьем классах. Это несмотря на то, что в Воронеже есть школа-интернат №1, где созданы прекрасные условия для начальной школы! Для этих ребят нашлось бы место. Но город не отдавал их в учреждения областного подчинения! В итоге на 50-60 детей-сирот, реально обучавшихся в школе-интернате №2, приходился штат взрослых в 102 человека! Содержать такую школу экономически неэффективно, да и воспитательный эффект отрицательный.

При проверках Главным управлением образования во второй школе-интернате был отмечен крайне низкий уровень трудовой дисциплины педагогов. За ненадлежащее исполнение своих обязанностей к дисциплинарной ответственности были привлечены семь педагогов. Было выявлено, что в нарушение статьи 84 Семейного кодекса РФ с родителей, лишенных родительских прав, не взыскиваются и не переводятся алименты на личные счета 77 детей. По результатам этой проверки еще пять педагогов привлекли к дисциплинарной ответственности.

После реорганизации школы-интерната списки детей, переводимых в Богучарскую и Калачеевскую школы-интернаты, были доведены до районных органов опеки и попечительства. Сначала мы планировали распределить детей примерно поровну между этими тремя школами. Но потом родственники семерых воспитанников обратились к нам с просьбой оставить этих детей в Воронеже, и в итоге 32 ребенка вместо 25 оказались в воронежской школе-интернате №1. И еще четверых детей забрали в семьи под опеку. За эту работу мы благодарны отделу опеки, это они так плодотворно поработали с семьями.

И конечно, спасибо директору первой школы-интерната Тамаре Дмитриевне Черненок. С вновь прибывшими детьми была проведена колоссальная работа! Ведь многие из них пришли без пенсионных книжек, без сберкнижек. В личных делах отсутствовали документы о закрепленном жилье. Нет, оно у детей было, но документы-то отсутствовали. Не у всех, но у многих, точнее, у каждого ребенка хотя бы одного документа не было, а чаще - двух! Надо было все привести в порядок, поэтому работа на педагогов школы-интерната №1 навалилась очень большая. И они справились. Достаточно сказать, что прокуратура Ленинского района даже написала благодарственное письмо директору школы, чтобы поощрить социального педагога за большую работу, проведенную им с детьми второго интерната.

Но до того как перевести этих детей в новые школы-интернаты, они во время летних каникул были направлены в детские оздоровительные лагеря вместе со своими будущими одноклассниками. Это делалось для того, чтобы дети познакомились и подружились в неформальной обстановке, на отдыхе. 50 ребят в два потока отдыхали в лагерях на Черном море в Крыму, 35 - в лагерях Воронежской области, из них 17 - в детском оздоровительном лагере «Дружба» Богучарской школы-интерната.

Когда ребят везли из Крыма в Воронеж, пятеро сбежали с поезда. Как только не обыгрывался этот факт в прессе! Нас даже обвинили в том, что дети сбежали «в знак протеста». На самом деле все было не так. Парень, организовавший побег, хорошо известен работникам интернатов, отделов опеки и попечительства и органов внутренних дел. Он даже угрожал, вплоть до убийства, если не сбегут, четверым ребятам, которых увел с собой. Этот парень фактически не обучался в школе-интернате №2 в течение семи лет с момента его направления. По возрасту он должен учиться в 7-м классе, но формально переведен в 4-й. На его счету денежные кражи, кражи компьютеров и мобильных телефонов. Его ловили, он снова бежал. Сейчас разыскивается милицией.

Во второй школе-интернате за семь лет сменилось шесть директоров! Они не сильно утруждали себя подбором кадров, работа не складывалась. Соответственным был и результат. Надеемся, теперь жизнь бывших воспитанников этой школы изменится к лучшему.

Кстати, два слова о той девушке, которая родила в августе прошлого года. Сейчас она доучивается в новой школе-интернате. Ее малыш находится в доме ребенка, молодая мама его навещает, бросать не собирается. У нее есть своя квартира в Воронеже, досталась от бабушки. По окончании учебы девушка хочет устроиться работать и забрать малыша к себе.

Послесловие

Ольга БАРБАШИНА, заместитель директора воронежской школы-интерната №1 для детей-сирот:

- С воспитанниками, прибывшими из второй школы-интерната, нам было очень нелегко. К сожалению, у них оказалась полностью разрушена система ценностей. Ни добро, ни строгость, ни забота на них не действовали! Когда мы с этим столкнулись, поначалу не знали, как быть.

Очень нелегко заставить их ходить на уроки. Представьте, когда дети по три года вообще не ходили в школу - а тут вдруг им говорят: будете учиться!

Вначале мы расстроились и даже подумали, что несостоятельны как педагоги и воспитатели. И только к декабрю нашли к некоторым подход. Потихоньку новые ребята как бы «растворяются» среди наших детей. Мы у себя всегда старались создать семейную обстановку, мы все, и взрослые, и дети, - большая, дружная семья. А новые ребята, не стесняясь, бравировали своими недостатками. И абсолютно не знали, что каждое преступление несет за собой наказание. Только сейчас они начинают это понимать.