Как оказалось, главное не в том, чтобы выиграть миллион, а в том, чтобы суметь на него купить то, что школе действительно необходимо.

Проблема более чем странная, если учесть, что каждая российская инновационная школа - это самостоятельное юридическое лицо со своим банковским счетом (а то и не одним), с собственной бухгалтерией, попечительским советом, нормативным финансированием, связями с вузами и немалой внебюджеткой. Неужели такой организации нельзя доверить потратить один-единственный миллион рублей? (Тем более что в любой момент можно проверить, на что, куда и сколько потрачено.)

Оказывается, нельзя! Все началось еще в июне, после того как в область поступили федеральные миллионы, выигранные школами. Нет, разумеется, открытого вопроса «как делить будем?» не прозвучало. Так ведь и денег не отдали!

Для начала директоров пригласили на совещание и сказали, что никаких миллионов на счетах (и на руках) не будет. Мол, делайте заявки, а мы их на федеральный конкурс подадим, и все будет хорошо. Получите по паре - тройке кабинетов физики, химии или биологии - и никакой головной боли с миллионом. Однако школы не согласились, не все, конечно, но достаточно авторитетные, чтобы обратить внимание властей на свой протест. Ведь в инновационных школах современных кабинетов хватает, их уже получили благодаря участию в различных федеральных и областных программах.

Когда чиновники поняли, что распорядиться школьными миллионами без скандала не получится, начались переговоры. Несогласных директоров собирали отдельно и пытались вразумить, потом опять собирали и обещали перечислить деньги только на счета некоторых школ, потом пообещали это сделать для всех, но потребовали открытия новых счетов. Учебные заведения, уже имеющие счета в банке, вынуждены были открывать дополнительный - специально для миллиона. Но и после этого деньги оказались на счетах только в середине сентября.

Если вы думаете, что с того момента все стало хорошо и правильно, вы ошибаетесь. От школ потребовали составить смету, что именно они хотят приобрести на выигранный миллион. Сметы городских школ должно было утверждать городское управление образования, после чего документы шли на контроль в управление Федерального казначейства по Воронежской области. Но ни в управлении образования, ни в казначействе не было списка товаров и услуг, которые школы могли бы приобрести на выигранную премию. Было только письмо Министерства образования и науки РФ с рекомендациями по расходованию этих средств. Руководствуясь им, школы могут тратить деньги на «приобретение лабораторного оборудования, программного и методического обеспечения, модернизацию материально-технической учебной базы, повышение квалификации и переподготовку педагогических работников». Эти формулировки директора школ справедливо считают расплывчатыми, сметы приходилось переделывать по нескольку раз и неделями спорить с работниками казначейства, доказывая, что все указанное в смете школе действительно необходимо.

Есть даже письмо руководителя Главного управления образования Воронежской области Якова Львовича руководителю управления Федерального казначейства по Воронежской области. В этом письме Яков Евсеевич ссылается на телефонный разговор с главным специалистом отдела общего образования Департамента государственной политики в образовании Министерства образования и науки РФ, консультирующим по вопросам реализации приоритетного национального проекта. Благодаря этому телефонному разговору 3 октября наконец-то выяснилось, что школам все-таки можно покупать секундомеры, баскетбольные сетки, мячи, ракетки, теннисные столы и даже волейбольные сетки! Только одно но: если школы имеют спортивный уклон.

Зато категорически не разрешено школам (всем, не только со спортивным уклоном) покупать цифровые фотоаппараты, видеокамеры, радиоаппаратуру, а также учебники и книги (!) для библиотечного фонда. Остальное покупать можно, но только если все оно направлено на улучшение качества образования.

В итоге случаи происходят анекдотические. Один директор школы принес счет на современный ксерокс-копир-сканер («три в одном»), и ему разрешили его купить. Но порошок к ксероксу, который был указан в счете и без которого ничего печатать просто нельзя, купить не разрешили. Счет пролежал два месяца, а директор обегал не одну инстанцию, доказывая, что этот порошок сканеру необходим.

Другой пример. Директор еще одной школы успел довольно-таки быстро оформить счет на приобретение видеотехники: на тот момент еще не было разъяснения, что ее приобретать запрещено. Купила школа видеокамеру, обрадовалась! Стали мероприятия снимать, решили фильм про школу сделать. Но не тут-то было: пришло то самое распоряжение о запрете на покупку видеокамер и фотоаппаратов.

Кстати, как только о нем стало известно, из управления Федерального казначейства по Воронежской области тут же поступило распоряжение: всем, кто приобрел видеотехнику, учебники и книги для школьной библиотеки, «решить вопрос о восстановлении средств». Если по-простому - верните деньги.

Еще пример. В школе-миллионере номер три работает прекрасная учительница технологии. Человек творческий и преданный своей работе, одним словом, она без труда выиграла конкурс на получение 100-тысячной премии. Решила школа оборудовать для этой прекрасной учительницы рабочее место, причем не лично для нее, а для всего класса, в котором занимаются девочки: купить в кабинет труда новую посуду, сковородки, утюги.

Думаете, разрешили? Нет. А знаете, чем мотивировали отказ? Дескать, «деньги пойдут не на улучшение материальной базы, обеспечивающей учебный процесс».

Есть и еще одна причина, по которой Федеральное казначейство затребовало от директоров решить вопрос «о восстановлении средств». Говорят, что не было соблюдено бюджетное законодательство, по которому бюджетные учреждения - школы - должны приобретать все товары через службу муниципального заказа, по конкурсу. А школы от этого конкурса уклоняются.

Почему? Об этом я тоже спрашивала директоров. Выяснилось вот что: по их мнению, сегодня городские власти Воронежа не стремятся решать вопросы в интересах школ. Например, директора неоднократно обращались с просьбой создать котировочную комиссию, через которую можно приобретать товары на сумму до 250 тысяч рублей.

В школах есть письмо Минобрнауки РФ, разъясняющее порядок расходования выигранных средств. В нем сказано, что приобретение товаров, работ и услуг на сумму до 60 тысяч рублей «федеральным законодательством не ограничено и не может быть ограничено на региональном или муниципальном уровне». (В Воронеже это положение не действует, директорам в большинстве случаев вообще не разрешают тратить деньги самостоятельно даже на сумму до 60 тысяч рублей.) Если речь идет о товарах или услугах стоимостью от 60 до 250 тысяч рублей, образовательное учреждение должно разместить заказ через проведение конкурса или через запрос котировок цен на товары и услуги. Запрос котировок для школ выгоднее, потому что в этом случае выбор поставщика товаров и услуг более прозрачен и понятен. К тому же вся процедура выбора занимает меньше недели. Необходимо только создать котировочную комиссию. Если школа покупает товары на сумму свыше 250 тысяч, заявка однозначно выставляется на конкурс. Он неудобен тем, что проходит в течение 30 дней со дня подачи документов, а потом еще столько же уходит на непосредственную работу школы с фирмой, выигравшей конкурс.

Есть и еще одно неудобство. О том, как и с каким результатом проводятся торги, директора знают не понаслышке. Ежегодно и ремонт, и поставка продуктов для школьных столовых выставляются на конкурс, и выигравшие фирмы за бюджетные деньги выполняют заказы. Качество ремонта школьных зданий, сроки и стоимость этого ремонта, а также соотношение цены и качества привозимых в школы продуктов вызывают постоянные нарекания. При этом директорам всячески препятствуют самостоятельно находить исполнителей работ и закупать продукты для столовой. Итог - ни сами фирмы, выигрывающие конкурс, ни в целом система конкурса и муниципального заказа давно не пользуются доверием.

Поэтому директора до последнего, как могли, открещивались от конкурса и настаивали на создании котировочной комиссии. Им это пообещали. Директора подготовили для этой комиссии все бумаги и ждали ее с нетерпением, ведь первоначально отчитаться о расходовании миллиона надо было к 15 октября. А как тут отчитаешься, когда только 200-300 тысяч истрачено. Например, на 31 октября лицей №1 израсходовал 350 тысяч (купили классные доски и лабораторное оборудование для кабинетов физики и химии). Больше всех успела потратить школа-комплекс МОК-2 - 650 тысяч рублей, правда, с них теперь требуют вернуть часть денег за купленные телевизор, музыкальный центр и камеру.

К 1 ноября выяснилось, что котировочной комиссии в городе не будет, то есть школы должны разместить свои заявки в службе муниципального заказа, а она сама проведет конкурс среди поставщиков и сама выберет... достойнейшего. Другими словами, городские чиновники все купят сами у кого надо и за какую надо цену.

Окончательный отчет о расходовании миллиона перенесен на 15 декабря. Конкурс проходит в течение 30 дней, потом примерно столько же уйдет на работу с фирмами. Совершенно ясно, что купить хотя бы то, что разрешили, и отчитаться школы к назначенному сроку не успеют.

Чем закончится этот конфликт, неясно. Определенно можно сказать только следующее. Каждый директор школы несет персональную ответственность за расходование выигранного по нацпроекту миллиона. В нашем случае получается, что он несет ответственность еще и за действия министерских и областных чиновников, вовремя не согласовавших разумный список необходимых для школы товаров и услуг, которые можно без лишней волокиты купить на злосчастный миллион. Директор несет ответственность также и за действия воронежской городской администрации, протянувшей с созданием котировочной комиссии.

В итоге участие в нацпроекте и президентская премия превратились в настоящее мучение. Ни у кого из директоров школ, победивших в конкурсе, в этом году не было полноценного отпуска. Лето и осень превратились в сплошную нервотрепку. Некоторые уже не выдерживают, дело доходит до гипертонических кризов и вызова «скорой» прямо на работу.

Кстати, практически ни один директор не заложил в смету расходов миллиона пункт о повышении квалификации педагогов, хотя это разрешено и вроде бы приветствуется. Вот только документально подтвердить материальные расходы на командировки и обучение еще труднее, чем купить порошок для ксерокса.

Воронеж

P.S.

Когда материал готовился к печати, нам стали известны новые обстоятельства дела. Школам все-таки разрешили приобретать утюги для кабинетов труда и СВЧ-печи! А вот с видеокамерами и музыкальными центрами - проблемы, они по-прежнему не имеют отношения к «модернизации материально-технической учебной базы».

Воронежские власти все-таки решились на создание котировочной комиссии. С середины ноября с директоров начали собирать заявки на проведение котировок. Конечно, далеко не все идет гладко, дополнительные трудности появились из-за того, что совсем еще недавно всех пытались провести через конкурс. Теперь надо снимать заявки с конкурсных торгов и передавать их в котировочную комиссию, а по времени это лишняя неделя. Далее заявка должна несколько дней провисеть в интернете, и должно найтись не менее трех фирм, желающих ее выполнить. Когда в итоге определится победитель и с ним заключат контракт, еще не менее двух недель уйдет на оплату и поставку заказанных товаров. А окончательный срок отчета за использованный миллион все тот же - 15 декабря. Времени осталось в обрез.

Комментарий

Евгения ПОПОВА, заместитель председателя Воронежского обкома Профсоюза работников народного образования и науки:

- Понятно, что распределение грантов и расходование средств требуют проработки нормативно-правовой документации. Соответственно и уровень подготовки руководителя образовательного учреждения должен быть на порядок выше, чем, например, пять лет назад. Директорам сегодня нелегко, потому что приходится справляться с ситуацией, которую раньше и представить себе было невозможно. Все делается впервые, поэтому вопросов и проблем много.