Отправилась я к девочке домой - поговорить обо всем в домашней обстановке. Дверь открыла Ира и, приветливо улыбнувшись, пригласила: «Проходите, пожалуйста». Предупредительно взяла из моих рук плащ, аккуратно повесила. И тут в прихожую буквально влетел глава семейства: - «Что, опять двоек нахватала? Я же говорю: в дверь скоро не пролезет, а ума нет!» (Я знала: у Иры больное сердце, и от лекарств она была полная, отчего очень страдала).

Девочка вспыхнула, сжалась, опустила голову, по пунцовым щекам покатились крупные слезы. Я пыталась объяснить, что просто ей не дается этот предмет. Бесполезно.

С тяжелым чувством покидала я эту квартиру. «Бедная девочка, - с болью размышляла я, - в школу из-за этой математики идет, как на эшафот, и дома - еще такое...» Как могла, старалась объяснить это учительнице математики. В общем, кое-как закончила Ирина 9-й класс, поступила в училище, где очень хорошо училась и проявила себя в общественной работе, участвовала в самодеятельности.

Несколько лет назад была она у меня в гостях (сейчас Ира живет в другом городе - далеко отсюда), и я налюбоваться на нее не могла. Умная собеседница с чувством юмора! Приобрела за эти годы несколько профессий, растит сына, достойно преодолевает трудности и радуется жизни. Только вот школьные годы вспоминать не любит...

Думаю, уместно здесь напомнить слова Василия Розанова:

«Попади Пушкин в руки беспощадного сурового педагога, который, принимая его талант за каприз, всяческой мукой внедрял бы в него геометрию и алгебру до конца курса, - и, может быть, роскошный Пушкин не расцвел бы. Или он вырос бы изнеженным, изуродованным, больным и озлобленным».

Всем нам, учителям, пожалуй, надо почаще вспоминать эти слова.

Ульяна БЛЕДНОВА, учительница, Барнаул