Недавно в Москве прошел I Международный форум «Охрана здоровья детей в России», организованный благотворительным фондом «Внимание». Врачи, педагоги и психологи собрались со всего мира, чтобы обсудить проблему адаптации детей с СДВГ.

На пресс-конференции много вопросов было адресовано зарубежным гостям. Российских журналистов интересовало, как проходит коррекция поведения у таких детей в Европе и Америке, в какой форме их лучше обучать, что такое медикаментозное лечение и возникает ли от него наркотическая зависимость.

В нашей стране сегодня эта проблема только начинает разрабатываться, наверное, поэтому российские специалисты - главный педиатр Москвы Александр Румянцев, директор Института возрастной физиологии Марьяна Безруких и директор столичного центра образования №109 Евгений Ямбург - пользовались у участников форума огромной популярностью. «Друзья мои, мне кажется, что происходит постоянная подмена понятий, - заметил на пресс-конференции Евгений Ямбург. - Дети с дефицитом внимания - это не те, которым не хватает родительской заботы, а те, кто не может более 5-7 минут сосредоточенно заниматься одним делом».

Нешуточные дебаты разгорелись на секции, которая обсуждала медикаментозное лечение. А в это время за окнами Российской академии госслужбы при Президенте РФ стояли участники пикета - противники присутствия психологов в школе и применения психотропных препаратов. Пикетом они не ограничились: многие высокопоставленные лица отказались от присутствия на форуме из-за звонков и писем, в которых их убеждали, что форум - первый шаг к легализации наркотиков в стране. Но тех, кто подобно министру образования и науки Андрею Фурсенко не испугался, оказалось все же больше.

В эксклюзивном интервью «Учительской газете» профессора Калифорнийского университета из Сан-Франциско Роберт Кит Мак-Бернетт, доктор клинической психологии, и Линда Пфиффнер, автор методической книги для учителей «Все об СДВГ», рассказали об опыте адаптации американских детей, страдающих синдромом.

Что такое СДВГ

- В России о существовании СДВГ знают действительно немногие. По международной классификации болезней (МКБ-10) синдром выделяется как отдельное расстройство, появились в России и врачи, которые ставят именно этот диагноз. Но чаще, когда психологи говорят о том, что ребенок гиперактивен или невнимателен, педагоги не склонны видеть в этом проблему до тех пор, пока ученик не начинает мешать проводить урок. Жалобы родителям только усугубляют причины возникновения синдрома, мамы и папы зачастую элементарно не способны контролировать ситуацию и по-настоящему мучаются с воспитанием таких детей. Как обстоит дело в вашей стране?

Линда Пфиффнер:

- В США ситуация принципиально другая. Синдром хорошо известен как расстройство, которое подвержено терапевтическому влиянию. Учителя и психологи узнают об этом и в период получения профессиональных навыков. Конечно, знаний, которые они получают, недостаточно, чтобы точно определять нестандартную модель поведения ученика как СДВГ. Поэтому наш университет предлагает таким учителям однодневные курсы обучения. Этого для них бывает достаточно, чтобы понять, что такая проблема существует. Но подобного обучения, конечно, недостаточно.

- В крупных российских школах адаптивной модели развития обычно открываются специальные классы коррекции, где с подобными детьми работают не только педагоги, но еще и психологи, медики. Но зачастую эти классы считаются второсортными среди ровесников, которые придумывают их ученикам обидные клички. В Америке дети с СДВГ учатся в обычной школе?

Роберт Кит Мак-Бернетт:

- В большинстве случаев - да. Но есть и те, кто требует особого подхода в обучении и лечении, они не могут посещать обычные классы. В нашей стране разработаны федеральные параметры, в соответствии с ними определяются те, кто нуждается в особом подходе. В этом случае им предлагают посещать специальные классы.

Линда Пфиффнер:

- Кроме этого, у нас есть специальные методики для учителей, которые рассказывают о том, как работать с детьми, страдающими СДВГ, в обычных классах. Существует система установки целей для каждого ребенка, что-то вроде небольшого контракта. Цель, контроль, который осуществляется в определенные периоды, награда. Мы рекомендуем родителям разработать эти награды совместно с ребенком, чтобы он был заинтересован в их получении. Это может быть массаж спины, сказка на ночь, ванна с пеной, возможность не выносить мусор сегодня, дополнительное время за компьютером. Все, что ребенок получит, если справится с заданием. Иногда учителя используют поощрения для таких детей и в школе. В этом случае сила воздействия возрастает. Вы попробуйте официально назначить ребенка своим помощником или поручите ему организовать выставку. Кроме этого, можно выделить для таких детей специальные места в классе, предложить им задания, которые нужно выполнить за более короткий промежуток времени.

Как симптом определить

- Как и в каком возрасте определить, что синдром - неотъемлемая часть жизни ребенка? Какие шаги предпринять для коррекции?

Линда Пфиффнер:

- Чаще всего первыми об этом узнают родители. Но некоторые из них не знают, насколько ситуация выходит за пределы нормы. Они считают, что ребенок слишком активен, это такой тип темперамента. Когда такой малыш начинает посещать детское учреждение, учителя отмечают, что у него трудности с установлением дружеских отношений, он любит нарушать правила поведения, большую часть времени проводит один, иногда может проявлять агрессивность. В США нередко именно учителя рекомендуют родителям обратиться к врачу, педиатру или психологу.

- Например, в ваш университет?

- В университете мы уделяем основное внимание именно анализу ситуации. Наши стандартные тесты для учителей и родителей позволяют определить уровень внимания ребенка, его эмоциональный фон. Мы проводим интервью со всеми, кто включен в процесс воспитания, чтобы проанализировать, какого рода проблемы существуют у пациента. Это может оказаться синдром или патологическая неспособность к обучению, с другой стороны, эмоциональная обстановка тоже влияет на поведенческие изменения. Процесс диагностики занимает от 8 до 9 часов. Основываясь на той информации, которая была получена в процессе тестирования, мы устанавливаем критерии, которые позволят определить, лежит ли корень проблемы в наличии синдрома. Мы встречаемся с семьей и учителями до тех пор, пока не наступает пора рекомендаций. Любую проблему обязательно нужно подстраивать под реальную ситуацию и только потом готовить целый комплекс советов для преподавателей, родителей. Мы говорим о том, как вести себя с таким ребенком, как вырабатывать соответствующие навыки. И только в самых критических ситуациях мы поднимаем вопрос медикаментозного вмешательства.

Что делать

- Сегодня СДВГ для России проблема, которую нужно решать, не дожидаясь указаний сверху. Что бы вы могли посоветовать учителям и родителям, которые живут с такими детьми?

Роберт Кит Мак-Бернетт:

- Подчеркну, что мы не говорим о полном излечении. Мы мыслим категориями контроля, проводя аналогию с диабетом. Люди, получающие инсулин, применяют корректирующие меры, но проблема не исчезает.

Линда Пфиффнер:

- В США периодически бывают случаи, когда в школах учителя или администрация игнорируют эту проблему, но мы все равно продолжаем убеждать каждого. Это не требует какого-то глобального изменения в обществе или политике. Скорей, это некая поведенческая стратегия. Хвалите таких детей, им это важно, это позволяет предотвращать возможное негативное поведение. Есть ряд вербальных и невербальных методик. Когда приходится прибегать к дисциплинарным методам, то не стоит читать нотации. Лучше лишайте такого ребенка привилегий на короткий срок. Нужно работать на опережение ситуации. От родителей, у которых есть ребенок, страдающий таким синдромом, требуется гораздо больше - стать суперродителями, которые будут применять более системный подход к воспитанию ребенка.

Точка зрения

СДВиГов у детей не бывает

Вопрос существования синдрома СДВГ - спорный. Ученый мир разделился на две половины. По одной из версий считается, что психологические проблемы, которые есть у детей, сегодня произвольно объединяют в расстройство «СДВГ» (некоторые сатирики окрестили его СДВиГ). Эти проблемы нужно решать традиционными педагогическими приемами, а не клеймить детей диагнозом, чтобы прописывать им психотропные препараты, которые действуют как наркотики и вызывают зависимость.

Профессор Вильям Кэйри, педиатр из детского госпиталя Филадельфии в США, говорит: «Согласно нынешней формулировке диагноз СДВГ ставится в том случае, когда ребенок проявляет некое беспокойное поведение и когда имеется целый ряд других признаков. Однако определение страдает существенным недостатком: в нем умалчивается, что такое детское поведение, по всей видимости, представляет собой вполне нормальное поведение».