- Ефим Лазаревич, когда ваша школа начала оказывать платные образовательные услуги и почему?

- Мы начали организовывать дополнительное обучение в 1993 году, и сегодня оказываем услуги примерно 80 видов. Пошли мы на это по двум причинам: потому что комплекс услуг, которые предлагало тогда государство, не удовлетворял потребностям людей. И еще потому, что школе очень не хватало бюджетных средств. Мы просто вынуждены были «пойти на заработки».

- В Москве почти в каждой школе есть ученики - дети обеспеченных родителей, и многих директоров вполне устраивает оказываемая ими спонсорская помощь на те или иные школьные нужды.

- К сожалению, есть такая практика. Но родители не так уж охотно и добровольно идут на пожертвования. Хотя эта помощь должна быть абсолютно добровольной, а они не всегда могут, не всегда хотят, не всегда школа соответствует их представлениям об учебном заведении, достойном финансовых вложений. Поэтому работа с родителями с целью обложить их какой-либо данью представляется мне безнравственной. Гораздо честнее, правда, намного сложнее, организовывать платные образовательные услуги.

Почему сложнее? Потому что это требует дополнительных административных усилий - раз. Это требует отчетности не только перед учредителями, но и перед налоговой инспекцией - два. Это требует работы по заключению договоров - три. Это требует серьезных финансово-хозяйственных усилий, чтобы выполнять все необходимые нормативные требования начиная от 500-го постановления правительства, да и всех других тоже.

- Что конкретно необходимо для организации какой-либо услуги?

- Во-первых, надо понять, будет ли спрос на дополнительные образовательные услуги. Для этого мы проводим системные маркетинговые исследования на предмет выявления дефицита. Допустим, бюджет не финансирует изучение испанского языка, либо нетрадиционные технологии решения задач, либо подготовку для поступления в высшие учебные заведения и т.д.

Если обнаруживается такой дефицит, а население хочет получать эти услуги, тогда имеет смысл их организовывать. А если население не хочет их получать и если нет дефицита (хотя отсутствие дефицита - фантастика, потому что никогда государственный заказ не будет соответствовать социальным потребностям, это совершенно точно), тогда и не надо их оказывать.

Второй шаг после маркетинговых исследований - составление финансово-экономического плана. Третий шаг - это составление смет, калькуляции, обязательно они должны быть утверждены учредителем в соответствии с 122-м законом.

Теперь нет необходимости открывать счет в банке, поскольку мы все загнаны в казначейство. Значит, надо доводить до него эту смету и на лицевом счете в казначействе создавать соответствующий раздел, связанный с предпринимательской деятельностью школы, то есть внебюджетной.

Возможен и такой вариант - население готово потреблять услугу, хочет получить знания по малой архитектуре или уходу за слонами. Надо проанализировать, а в состоянии ли вы ее оказывать. Самое главное здесь - кадровый ресурс, которым располагает школа. Если этот кадровый ресурс не может перешагнуть дальше параграфа из учебника, то нет никакого смысла браться за дело.

- Но, положим, нет у вас нужного преподавателя японского языка. Как в этом случае вы организуете работу?

- Мы все равно можем это сделать. В Москве нет проблем с японским, потому что есть очень много японистов, которые не имеют работы. Кстати, в нашей школе ребята уже 10 лет изучают именно японский язык.

Допустим, приходят ко мне родители и говорят: хотим изучать хинди или хотим научить детей делать прически, к примеру. Тогда мне остается искать специалиста по хинди, выяснять, будет ли он заниматься раз в неделю с 15 учениками и сколько он за это хочет получать денег. Он говорит, к примеру, 5 тысяч рублей в месяц. На основании этого мы делаем калькуляцию.

Итак, фонд оплаты труда - его зарплата, начисления на фонд оплаты труда - единый социальный налог, подоходный налог сюда включаем. Считаем, какое количество электроэнергии, тепла и воды в среднем будет потреблено этой группой в течение месяца, например, потому что мы должны компенсировать затраты города на тепло и электроэнергию. Затем прикидываем, какова будет стоимость работы бухгалтерии или банка и т.д. Из всего этого складывается стоимость образовательной услуги.

- В №11-12 «УГ» от 21 марта 2006 года была напечатана заметка о том, что в Белоруссии платное обучение взяли под контроль. Правда, речь там шла о государственных вузах и учреждениях среднего профобразования. Президент Александр Лукашенко подписал указ, который устанавливает предельный уровень рентабельности при формировании стоимости образовательных услуг - не более 30%. А как у нас в стране регулируется эта деятельность?

- Эти шаги президента Белоруссии не соответствуют законам, которые существуют в Российской Федерации. Вот нормативные акты, которые регламентируют оказание платных услуг: Закон «Об образовании» во всех его редакциях, Гражданский кодекс, Закон «О защите прав потребителей», Налоговый кодекс и Бюджетный кодекс.

Еще эта инициатива белорусского президента никоим образом не соотносится с Гражданским кодексом РФ, потому что между учреждениями и организациями, которые оказывают услугу, и теми, кто ее покупает, составляется договор о возмездном оказании услуг. А раз договор, то и цена, значит, договорная. Поэтому проблема рентабельности - за пределами действия нашего Гражданского кодекса.

- Некоторое время назад, обсуждая перемены в образовании, вы упомянули о том, что оказание дополнительных образовательных услуг становится для вас невыгодным.

- Не невыгодным. Я бы сказал так - это перестает для нас быть существенным. Если в середине 90-х годов платные образовательные услуги позволяли значительно повышать среднюю заработную плату учителя, то теперь мы не успеваем за развитием московского городского бюджета. Если когда-то наша школа зарабатывала на услугах половину своего бюджета, то теперь - одну третью часть.

- И на что вы тратите заработанное?

- В последние годы доходы от платных образовательных услуг у нас идут, во-первых, на стимулирование труда преподавателей и, во-вторых, на развитие школы, которое осуществляется по целевым программам. Сейчас у нас доминирующая целевая программа - это дальнейшее развитие информатизации, образовательного пространства нашего центра.

К тому же сегодня мы сталкиваемся с необходимостью платить налоги в полной мере. В начале 90-х годов школы были освобождены от уплаты налогов. Однако с введением нового Налогового кодекса они стали платить в казну точно так же, как любое предприятие. Платим налог на прибыль, на добавленную стоимость, в случае, если потребители образовательной услуги, например, взрослые. Следовательно, стало намного сложнее, чем в середине или даже в конце 90-х годов.

- Сколько средств у вас отбирают налоги?

- Налог на прибыль составляет 24%. Но школа же не коммерческое учреждение, мы не ставим перед собой цель получать прибыль. Однако если хотим, допустим, купить компьютер, который стоит дороже 10 тысяч рублей, то мы должны сначала заплатить этот налог. Дальше, если мы хотим из доходов, полученных от платных образовательных услуг, оплатить потребность школы в интернете, а бюджет на это дает лишь тысячу рублей в месяц, при том что нам надо 20 тысяч в месяц, то из этих денег мы тоже сначала должны заплатить налог на прибыль.

Такие финансовые барьеры сдерживают развитие образования в целом. Получается так: население хочет, школа может, а законодательная база очень сильно тормозит. Нужны изменения в Закон «Об образовании», Налоговый и Бюджетный кодексы.

- Кого вам чаще приходится обучать дополнительно: «своих» детей или «чужих» взрослых?

- У нас из тех, кто получает услуги, примерно треть - это дети не из нашей школы. Они приходят на разные вечерние курсы.

- То есть школа у вас занята практически круглые сутки?

- Да, свет в ее окошках каждый день горит часов до 9 вечера.