В прозрачных синих бахилах я топала на второй этаж, в кабинет Галины Григорьевны Рассоловой, и удивлялась чистоте и порядку. Но настоящий порядок и чистота оцениваются тем, какой в школе туалет для учеников. Поглядев, я, признаюсь, оторопела: давно не видела такой сантехники, дозаторов для жидкого мыла, туалетной бумаги и бумажных полотенец. «Это как вам удалось сделать? - спросила я Галину Григорьевну, и она ответила: «Родители помогли». «Ага, - подумала я, - значит, тут денежки собирают, иначе как могла школа отремонтировать помещение на уровне почти евроремонта». В некоторых туалетных комнатах ремонт еще шел, и что меня совершенно добило, так это оборудование санитарных комнат для девочек. «А как иначе? - удивилась Галина Григорьевна,- мы же воспитываем интеллигентов, поэтому все нужно предусмотреть, все должно быть на уровне». На уровне-то на уровне, только как этот уровень обеспечить?!

Один сложный вопрос мы решили сразу - насчет денег. Выяснились очень интересные подробности. В микрорайоне, где расположена школа, стоят дома старые, жильцы практически не меняются, поэтому приводят своих детей в школу к Рассоловой бывшие выпускники. Это весьма важное обстоятельство, потому что и Галина Григорьевна, и педагоги, и сама школа для этих родителей как родные люди и родной дом. На вопросы, чем можете помочь школе, здесь никто не отвечает, потому что никто их не задает. Приходи - двери для тебя открыты, смотри и сам решай, что в данный момент необходимо подремонтировать, улучшить, и работай. Инициатива в первой школе приветствуется. Так пришел в школу папа-строитель, прошелся по этажам, увидел туалеты и ахнул. От ужаса. Через несколько дней пришли с ним его коллеги, и начался ремонт. Что и как они делают, Галина Григорьевна не знала, только один раз ответила на вопрос, какая плитка ей больше всего нравится. Дозатор для мыла директор покупала сама, его ломали, она снова покупала и вешала. Теперь он висит, и никто не ломает, дети в конце концов привыкают к хорошему, и если говорят, что школа - второй дом, то и относиться ко всему нужно, как дома. Вот и относятся. Однажды пришел в школу новичок и по привычке, видимо, приобретенной в прежней школе, после каждого урока выводил на полу в классе матерное слово. Галина Григорьевна вежливо попросила родителей прийти и показала им одну за другой все надписи. В одном классе папа собственноручно сменил линолеум, в других семья дружно оттирала написанное, так сквернословие было искоренено в рамках отдельно взятой семьи. С тех пор Галина Григорьевна не помнит, чтобы кто-то где-то как-то испортил пол, стол, стул, стену. За этим она не следит, да и педагогов не обязывает - все делают сами дети, которым просто в голову не приходит портить то, чем они пользуются, что глаз радует.

Еще о родителях. Галина Григорьевна знает практически каждую семью и знает, как найти подход ко всем. Это очень важно, потому что такая связь с родителями позволяет очень грамотно выстроить воспитательную работу с детьми. Может быть, яблоко от яблони нынче падает далеко, а вот дети на своих родителей все же похожи, найденное когда-то для воспитания папы-школьника может подойти и для работы с сыном-школьником. На праздники Галина Григорьевна поздравляет всех родителей, все семьи, кому не успевает отправить открытку, тому вывешивает поздравление на школьном сайте. Кстати, есть еще одно удивительное обстоятельство: Галина Григорьевна - классный руководитель 11-го класса вот уже шесть лет. Тогда, шесть лет назад, между прежним классным руководителем и родителями возник конфликт, который трудно было погасить, поэтому Галина Григорьевна взяла класс и ведет там воспитательную работу, хотя такое название того, чем она занимается, ей не очень нравится. Не буду говорить, что и как она делает, но скажу, что она водит своих ребят на выставки и в музеи по субботам, которые в первой школе дни развития и досуга, а еще ходит с ними в театры. Культпоходы всем классом Галине Григорьевне претят, поэтому она зовет в театр только тех, кому это очень нравится. Впрочем, это не она зовет своих подопечных на спектакли, а они сами все узнают, достают билеты. После спектакля кто-нибудь из родителей довозит Галину Григорьевну до дома и провожает до квартиры. Она не возражает, ведь вечером во дворе и в подъезде в самом деле страшновато. К тому же при этом ее мальчики-ученики учатся у своих пап, как должен вести себя настоящий мужчина.

А общешкольных родительских собраний в первой школе нет. Тут собирают родителей в течение месяца: сначала в зале несколько классов по параллели, потом все расходятся по классам, и в каждый приходит Галина Григорьевна, чтобы ответить на все вопросы, рассказать о работе школы, наконец, просто пообщаться. Родители на такие собрания ходят, они им нужны, они для них важны, ведь всякий раз разговор идет о судьбе, о жизни, об интересах их детей.

Но я что-то долго не перехожу к главному - к рассказу о том, что же такое школа №1 и ее директор Галина Рассолова. «Меня назначили в один день с Любовью Петровной Кезиной. Мы, несколько будущих директоров, ждали в коридоре главка (он тогда располагался в здании в Серебряном переулке), когда ее объявят начальником, а потом уже она подписывала приказ о нашем назначении. Так что за эти годы наша школа реализовывала все то, что планировал комитет, а затем и Департамент образования». Но у Галины Григорьевны и Любови Петровны есть еще кое-что общее: Любовь Петровну заставил занять этот пост горком партии, Галину Григорьевну - райком. На должности директора она с 1986 года. В этом году директор отметит двадцать лет работы в школе, а школа - 50 лет. Школу построили вместе с микрорайоном, ее запустили даже не первого сентября 1956 года, а немного позже, выстроенная добротно, она стоит крепко, хотя в ремонтах нуждается. Тут у Галины Григорьевны большая надежда на помощь управы, которая об образовании заботится весьма основательно.

«Я в эту школу идти не хотела, - говорил Галина Григорьевна, - работала старшей вожатой, потом в Октябрьском райкоме комсомола, директором школы №187, затем четыре года директором школы в группе советских войск в Германии. Вернулась, хотела со школьным делом проститься, но меня вызывают в райком партии - или партбилет на стол, или директором в первую школу». Пришлось выбрать школу.

В первой школе за 4 года тогда сменилось семь директоров. Педагогическому коллективу никто не нравился, и они выживали одного за другим. «Никогда не понимала, как можно привлекать к своим скандалам родителей и учеников, писать письма в райкомы и горкомы, проводить собрания и выживать руководителя», - вспоминает прежнее время Рассолова. Галину Григорьевну, конечно, тоже встретили в штыки, но она проявила характер. В результате 15 самых скандальных учителей подали заявление об уходе, но не просто так, а прямо перед новым учебным годом. Но директор догадывалась о том, что может произойти так, а потому загодя созвонилась со своими бывшими выпускниками, которые работали в других школах или учились в пединститутах, пригласила к себе. Они пришли. Самое интересное, из старых остались только несколько человек, например, библиотекарь и завуч начальных классов, теперь в школе почти весь педагогический коллектив - бывшие ученики Рассоловой. «Но ведь вы на них давите, - не могла не заметить я. - Люди учились у вас в школе, вы были для них непререкаемым авторитетом, они и теперь, наверное, не вольны вести себя так, как хочется?». «Дисциплина рабочая есть, - отвечает Галина Григорьевна, - а в основном у нас в школе обстановка творческая, и никто ни на кого не давит. Я всегда была за демократию в хорошем смысле этого слова, срываюсь один раз в течение учебного года: когда учителя нет на перемене, когда привезли несъедобные котлеты в столовую. Даже на педсоветах стараюсь говорить что-то позитивное, ведь учителя люди ранимые, обидчивые, от разносов не будет никакого толка. У нас коллектив очень хороший - 57 учителей и 480 учеников». Учителем (истории, как и мама) работает в первой школе и сын Рассоловой, кандидат наук, выпускник первой школы. Невестку, учительницу английского языка, соблазнить на работу в школе не удалось, после нескольких лет работы в другой она теперь директор крупного магазина модной одежды.

Школа когда-то была на неплохом счету в Октябрьском районе, но нужно было восстанавливать былой ее авторитет, придавать ей современные черты, давать ребятам хорошее образование в соответствии с пожеланиями родителей. А те хотели для своих детей исключительно углубленного изучения предметов. На фабрике диафильмов Галина Григорьевна познакомилась с замечательным биологом и классным учителем Александром Михайловичем Розенштейном. Он работал в НИИ, но согласился перейти в первую школу. Александр Михайлович был человеком со связями, которые тогда (как и сегодня) решали многое, а потому сумел заручиться поддержкой кафедры биологии и химии МГПИ имени В.И.Ленина и вместе с директором сделать школу с биологическим уклоном. В школу пришли студенты, преподаватели вуза. Потом на вечере встречи выпускников в областном педагогическом институте имени Н.К.Крупской, который заканчивала сама Галина Григорьевна, она встретила своего сокурсника - так появился в школе второй профиль. Через родителей связались с Менделеевским химико-технологическим, появился третий профиль, установились контакты с Бауманкой. Школа стала одной из первых школ Москвы, которая работала по договорам с вузами, где проходят практику студенты. Так по крупицам, по капелькам складывалось то, что сегодня можно назвать хорошей, добротной московской школой. Выпускники первой школы поступают в вузы, они делают успешную карьеру и приводят сюда своих детей. В родной школе детям выпускников «зеленая улица». Так вершится круговорот, естественный и закономерный.

Население в микрорайоне постепенно меняется, появляются новые жильцы. Не только богатые люди, которым по карману покупка квартиры в доме на Ленинском, но и гастарбайтеры из бывших советских республик. Мы привыкли считать их чуть ли не изгоями, но Галина Григорьевна говорит, что все они - люди с высшим образованием, желающие дать своим детям такое же хорошее образование. В бывших республиках СССР эти семьи отдавали своих детей в русские гимназии, но качество обучения было таким, что приходится их переучивать, заниматься с ребятами дополнительно. Но главная беда - незнание русского языка. Ребята были в среде, где русского языка уже никто не знает так хорошо, чтобы свободно говорить. Такие мальчики и девочки приходят в первую школу и садятся в обычные классы. Иногда они не понимают ни единого слова, и начинается сложная работа. Как учат их в первой, отдельный разговор, вот только есть уже выпускники, которые поначалу также не знали ни одного русского слова, а потом поступали в элитные московские вузы.

Галина Григорьевна приходит в школу каждый день задолго до начала занятий. В первой школе она появляется первой, а как иначе, если школьные заботы требуют большой работы. У нее хороший, современный кабинет руководителя, создать который ей было, наверное, непросто. Хорошая мебель, компьютер, музыкальный центр, телевизор. Зачем ей все это, ведь в кабинете сидит немного: то уроки, то родительское собрание, то педсовет, то конференция. «Люди должны приходить в кабинет и понимать: школа - солидное учреждение, а не богадельня, - убеждена Рассолова. - С сильными и разговор иной, и отношения могут быть только партнерскими».

Первая школа и в самом деле - сильная московская школа, которой город может гордиться по праву.

Фото автора

  • Галина Рассолова