В строй Красной Армии Григорий Бояринов, родившийся 15 ноября 1922 г. в селе Сукромля ныне Ершичского района Смоленской области, стал в 1939 г. В 1941-м окончил Свердловское военное пехотное училище. Участвовал в Великой Отечественной, сначала командиром минометного взвода (Северо-Западный фронт), с декабря 1941-го - в истребительном полку Северо-Западного фронта. С февраля 1942 г. - в пограничном полку НКВД (Северо-Западный, Ленинградский и 2-й Прибалтийский фронты). Командовал школой снайперов, готовил диверсионные подразделения и возглавлял их за линией фронта. Отряд спецназначения под его командованием уничтожил штаб итальянской дивизии. На завершающем этапе войны - начальник штаба погранкомендатуры.

До 1948 г. служил в погранотряде Северо-Западного пограничного округа. В 1953 г. окончил Военный институт МГБ и был оставлен преподавателем. В 1959 г. окончил адъюнктуру Военной академии им. М.В. Фрунзе, стал кандидатом военных наук. С 1961 г. - преподаватель Высшей Краснознаменной школы им. Ф.Э. Дзержинского. С 1969 г. руководил курсами усовершенствования офицерского состава.

24 декабря 1979 г. Бояринов встретился с председателем КГБ СССР Юрием Андроповым и начальником внешней разведки Владимиром Крючковым. На следующий день вылетел в Афганистан, чтобы возглавить отряд спецназначения «Зенит».

До начала операции «Шторм-333», в ходе которой в стране должен был произойти государственный переворот, оставалось 2 дня. Оперативно-боевые группы «Зенита» совместно с другими спецподразделениями получили задачу овладеть резиденцией президента Афганистана Амина дворцом Тадж-Бек и другими стратегическими объектами.

Штурм дворца был намечен на 19.30. Сигнал к началу - мощный взрыв в 19.15 в одном из колодцев телекоммуникационной сети, который должен был лишить Кабул связи с другими регионами страны и внешним миром.

Тадж-Бек представлял собой практически неприступную крепость с мощной системой охраны. Внутри - личная охрана Амина. Она числом примерно в 4 раза превосходила собиравшийся атаковать дворец спецназ. Вторая линия - 7 постов, на каждом - по 4 часовых с пулеметами, гранатометом и автоматами. Внешнее кольцо - пункты дислокации трех мотопехотных и танкового батальонов бригады охраны. На одной из господствующих высот - 2 танка Т-54. Они могли прямой наводкой простреливать из пушек и пулеметов местность, прилегающую к дворцу. Всего в бригаде охраны было около 2,5 тысячи человек. Неподалеку располагался зенитный полк. На его вооружении были 12 100-мм зенитных пушек и 16 зенитных пулеметных установок (ЗПУ-2), а также строительный полк (около 1 тысячи человек со стрелковым оружием).

Под началом Бояринова к штурму готовились чуть более 60 бойцов двух групп - «Зенит» во главе с майором Яковом Семеновым и «Гром» под руководством майора Михаила Романова.

В 18.45 бойцы спецназа в афганской форме с белыми опознавательными повязками на рукавах на четырех БТР (группа «Зенит») устремились к дворцу. На шести БМП двигалась группа «Гром». В одной из них ехал Бояринов.

Едва первый БТР миновал поворот, из дворца по нему ударил крупнокалиберный пулемет. На колонну обрушился шквальный огонь. БТР, следовавший в колонне вторым, был подбит и перегородил узкую дорогу, лишив возможности двигаться остальные машины.

По дворцу открыли огонь «Шилки» и так называемый мусульманский батальон советских войск, ранее переброшенный в Кабул. Но шквал огня не мог нанести противнику ощутимого вреда. Как вспоминали участники штурма, снаряды «Шилок» отскакивали от стен дворца, представляя угрозу атакующим.

Поняв, что движение колонны невозможно, командиры отдали приказ на десантирование. Открыв люки, бойцы попали под сильнейший огонь. Появились первые убитые и раненые.

Герой Советского Союза Виктор Карпухин вспоминал: «Мы попали под жесточайший обстрел гвардейцев, заняли позиции и на огонь ответили огнем. Так началось кровавое столкновение профессионалов. Должен признаться, у нас не было должной психологической устойчивости. Да и откуда она? Наверное, воевать может научить только война, как бы жестоко это ни звучало. А мы привыкли видеть войну в кино. «По-киношному» она и воспринималась. Но все пришлось увидеть наяву. Вот падает твой товарищ, взрывом ему отрывает руку, ногу, вот ранен сам, а надо действовать, расслабиться нельзя ни на секунду. Убьют. Помогли нам мощный напор и, как ни странно, безысходность. Нас выручить уже никто не мог, тыла никакого».

Бояринов дважды вставал под жесточайшим огнем в полный рост, поднимая бойцов в атаку, но шквал пуль заставлял спецназовцев залегать. Тогда Бояринов с двумя бойцам ползком и перебежками под сильнейшим огнем добрался до стен дворца, к главному входу. Они забросали вход и вестибюль гранатами и ворвались в здание, поливая очередями.

Первоочередная задача была - очистить первый этаж, помочь товарищам ворваться в здание и самое главное - уничтожить узел связи. Бояринов с бойцами двинулись к нему, забрасывая помещения гранатами.

Бояринов бил из любимого им пистолета-автомата Стечкина, чем-то напоминавшего бельгийский маузер, с которым он не расставался во времена Великой Отечественной. У всех троих осколками гранат были посечены лица и кисти рук, кровь заливала глаза, но они продолжали двигаться к узлу связи. Добравшись, забросали помещение гранатами, разбили телефонные аппараты, повыдергивали шнуры и вернулись к главному входу.

Около лестницы собрались около 15 спецназовцев. Бояринов скомандовал: «Гранаты под дверь!» Первая не взорвалась. Бросили вторую. Раздался одновременный взрыв двух гранат, от которого вылетели тяжелые двери, закрывавшие вход. Все бросились по лестнице вверх, стреляя на ходу.

Разгорелась жестокая схватка. Бояринова видели ведущим бой на втором этаже, затем на третьем. Гвардейцы дрались отчаянно, но напор спецназа был неодолим. Был убит Амин, практически полностью уничтожена его личная охрана, взяты пленные.

Когда все кончилось, бойцы нашли командира лежащим без сознания недалеко от главного входа на площадке перед дворцом. Как выяснилось позднее, не считая порезов и ссадин от осколков гранат и гранитной крошки, которыми почти сплошь были покрыты его лицо и кисти рук, у полковника была только одна рана. Пуля ударила в верхнюю кромку бронежилета и срикошетила под него, пробуравила тело, задела сердце.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 28 апреля 1980 г. Григорию Бояринову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Медаль «Золотая звезда» № 11431 вручена семье Героя.